Внезапно она ощутила всплеск внутреннего протеста. Да, у нее была еще одна необычная фантазия – она жаждала предельно откровенных и доверительных отношений с мужчиной. Чтобы делиться с ним всем: каждой мыслью, желанием. И здесь она ощущала себя в полном одиночестве. Все психологи дружно уверяют, что так нельзя, что предельная откровенность может только повредить отношениям мужчины и женщины. Если рассуждать по уму, то, наверное, они правы…
Однажды на спанкинг-форум заглянула дама-психолог. Она рассказала, как распадаются семьи ее клиентов, из-за того, что один из супругов настаивает на горячих эротических играх, а другой их не хочет. И посоветовала участникам форума не признаваться супругам в своих необычных желаниях. Мол, фантазируйте себе потихоньку с вымышленным партнером и занимайтесь самоудовлетворением.
То есть рекомендовалось вести себя как раз в стиле Марины. «Молодец, благоразумная девочка», – похвалила она себя. И ощутила желание схватить даму-психолога за шкирку и дать ей хорошего пендаля. Возможно, агрессия была вызвана тем, что она всю сознательную жизнь следовала этим советам. Чтобы партнер не посчитал тебя ненормальной или слишком развратной, чтобы не разочаровался в тебе, не ушел…
Ах, боже, какое несчастье! Потерять эгоиста или закомплексованного болвана, не желающего доставить тебе радость в постели. Да на что он нужен-то, по большому счету? Разве что терпеть из-за материальных выгод или страха остаться одной…
Да, секс – это не главное. Море людей прекрасно без него обходятся. Вот только, почему же супруги сплошь и рядом изменяют друг другу, заводят любовников и любовниц? Как это сказал ей Виталик? Хочется, романтики, впечатлений, жить, а не прозябать… То есть получается, что с женой впечатлений нет. Скучно, уныло, затасканно. А добавить впечатлений, расширить сексуальные горизонты, внести в жизнь романтику? Никак не получается или… не хочется? Вот ей же не хочется вносить в отношения с мужем какую-то новизну. И ему не хочется. Им уже ничего не хочется, их все устраивает. В их сознании понятия «семья» и «романтика» четко разделены. Но ведь это неправильно, так не должно быть! Да, многие так живут, но это не значит, что это хорошо. Наверное, в большинстве случаев виноваты оба супруга – допустили такую ситуацию. Но вот вопрос: почему? Может, изначально что-то было не так? И может, психологи ошибаются, говоря, что предельная откровенность играет отношениям во вред? Муж и жена, прежде всего, должны быть друзьями. Близкими друзьями, у которых нет друг от друга секретов. Разве не так? Разве не так, черт возьми?!
Телефон зазвонил неожиданно. Марина вздрогнула, засуетилась и опрокинула чашку – к счастью, уже пустую. «О господи, только бы не муж!» – пронеслось в голове. Но это звонил Костя. Спросил, не скучает ли Марина и чем она хочет вечером заняться. Может, пойти в ресторан? Марина ответила, что наготовила кучу еды, а потому идти в ресторан нерентабельно. Костя спросил, что купить из спиртного. Может, шампанского – отметить, так сказать, переход их отношений на новый этап? Марина рассмеялась и сказала, чтобы покупал.
Переход отношений на новый этап… Да, так оно и есть! Теперь они не просто «любовники», а «влюбленные». Неужели это произошло с ней? Вот так вот, нежданно-негаданно? Но разве это бывает «гаданно»? И разве она, как любят говорить психологи, не притянула ситуацию? Они оба ждали встречи со своей второй половинкой – и Костя, и она. И встреча случилась.
Правда, где-то на заднем плане маячил муж, о котором упоминалось в разговорах чисто факультативно. Но Марина старательно гнала от себя мысли о муже. «Живу здесь и сейчас» – как-то так получается. И ни за какую стабильность она бы не отдала этого пронзительного, дурманящего счастья.
Впрочем, кто сказал, что у нее сейчас нет стабильности? Костя – это не те мужчины, что встречались ей прежде, он порядочен и надежен. И у Марины была какая-то ненормальная уверенность в том, что он не предаст и не подведет. Первый раз в жизни с ней происходило такое, и это было нереально прекрасно!
Марина закинула в стиральную машину вещи – вперемешку свои и Костины. Пока они стирались, сервировала журнальный столик, нарезала бутерброды и смазала майонезом салатики. Развесив одежду на лоджии, спохватилась, что не одета сама. Натянула светло-желтое платье, подкрасилась, помыла белые босоножки на каблуках и надела их.
– Прелесть! – произнесла она, крутясь перед зеркалом в прихожей. И в следующий момент услышала поворот ключа.
Пока дверь открывалась, Марина торопливо обрызгала себя духами, и Костя попал с порога прямо в ароматное облако.
– Кажется, я доставил тебе кучу хлопот с этим отмечанием, – проговорил он, обнимая Марину.
– Нет, – возразила она. – Мне пришлось всего лишь принарядиться, остальное было готово заранее.
– Я тоже сейчас переоденусь.
– Это не обязательно!
– Вот еще! Стану я сидеть перед такой дамой в образе «паренька с раёна».
– Я сама «девчонка с раёна». Я ведь росла на окраине промышленного городка!
Костя лукаво прищурился: