Цурбус, потянувшись за бокалом, взглянул на то, как Лорени залпом пьёт сладкую, алкогольную жидкость, посмотрел на неё в своём бокале, потом снова на Иренди. Он к тому моменту уже наливал себе снова, даже не предлагая и не глядя на Бахму. Когда Иренди опрокидывал в себя второй бокал, Цурбус всё-таки поднял свой, приблизил его к губам, потом глядя поверх бокала на Лорени, пригубил ром и скривился. Алкоголь он не любил, выпивка его не радовала, но он спокойно относился к пьющим людям. А вот сладкий ром его не радовал совсем, хотя, глядя на то, как Иренди глыкает его, лишь кривится и выдыхает хмель, заставляло о многом задумываться. Алкоголизм был болезнью, а ром сладким продуктом. Кажется, Иренди нравилось и пить, и сам ром…
Был восьмой бокал, когда Лорени икнул, схватился за живот, слегка скривился и пошатнулся. Цурбус следил всё это время за ним, считал бокалы, что опрокинул в себя Иренди. Удивлялся и думал о своём. Лорени никогда его не полюбит, это вообще роскошь для Цурбуса. Для него было роскошью и то, если Лорени он начнёт нравиться. Поэтому, глядя на пьющего Иренди, Бахму отчего-то был уверен, что его злейший враг несказанно счастлив такому повороту событий.
Отодвинув бокал с не выпитым ромом, Цурбус посмотрел, как Иренди наливает девятый бокал, как неуверенно ставит на столешницу бутылку. Лорени уже был пьяненьким. Запрокинув голову, он заглотил содержимое девятого бокала, слегка качнулся, ром потёк мимо рта, скользнул по губам, подбородку, по шее. Проследив за этими дорожками, задержав взгляд на кадыке, Цурбус вздохнул удручённо и, поднявшись со стула, направился к выходу.
- Ты куда? – прозвучало ему в спину, и Цурбус, остановившись, некоторое время стоял спиной к Лорени. – Ты праздновать, что, не будешь?
- Нет, – потом повернулся к Иренди. Лорени слегка качался, щурился, видно пытался сфокусировать своё зрение. – Я не пью.
- Тогда просто посиди, – махнул рукой, качнулся в сторону, удержался за стол. Губы слегка припухли, щёки заалели, глаза заблестели. Лорени был лакомым кусочком для любого гея. Хотя, раньше он был совсем не во вкусе Цурбуса, а сейчас…
- Нет, я, пожалуй, пойду.
Этот ответ не понравился Лорени. Он поджал губы, насупился, как маленький мальчик, сделал несколько решительных шагов в сторону Бахму и схватил его за запястье. То самое, где остался след от кандалов.
- Поцелуй меня, – вдруг сказал Лорени.
- Что? – удивился Цурбус. – Ты пьян…
Иренди обошёл Бахму и встал спиной к двери.
- Не пущу, пока не поцелуешь.
Цурбус некоторое время смотрел на Лорени, тот на него. Глаза Иренди манили, губы были влажными и сладкими от рома, Бахму это знал. И ему очень сильно захотелось их попробовать на вкус. Возможно, тогда он полюбит сладкое и алкоголь, возможно, тогда он сможет удержать ускользающие и толком не сформировавшиеся чувства. В это хотелось верить. И Цурбус сделал несколько шагов к двери, не отпуская магнит зелёных глаз. Дыхание сбивалось, сердце ускоряло темп. Он протянул руку, ладонь, скользнув в миллиметре от лица Лорени, легла на деревянную дверь, и Цурбус, сделав ещё один шаг, остановился. Под напором этого человека Лорени отступил назад и упёрся спиной в дверь.
- Ты что делаешь? – спросил горячим шёпотом, обдав губы Лорени дыханием, Цурбус, пока что не смея поцеловать Иренди.
- Не знаю, – застонал Лорени, всхлипнул и сам потянулся к Бахму.
- Ло, я не смогу остановиться, – прошептал Цурбус, когда их губы слегка соприкоснулись. Он не выпрашивал, он предупреждал, потому что Лорени точно не осознавал, на что подписался благодаря своей просьбе. То, что Бахму его снова изнасилует, это было фактом, но Цурбус сам не был уверен, что ограничится одним разом.
- Согласен, – прошептал Лорени, и больше они не тратили время на разговоры. Их губы слились в единое целое, языки переплелись. Цурбус вдавил Иренди в дверь, с такой жадностью всасываясь в его губы, что Иренди задохнулся. Так страстно Бахму его ещё не целовал. Хотя, целоваться они начали только со вчерашнего утра. Или это было позавчера? А может, целую вечность назад? Но до сего момента, Бахму целовал всё равно по-разному, но так ещё никогда.
Колено Цурбуса скользнуло между ног Лорени, Иренди почувствовал, что сейчас упадёт на пол, его ноги стали ватными. Но Цурбус подхватил его под бёдра и, сминая губы своими, вылизывая вкус рома и сходя с ума от сладости оставшейся после алкоголя на итак сладких губах Иренди, приподнял его вверх, и Лорени тут же обвил ногами бёдра Бахму. В штанах уже было тесно, ладонь Цурбуса оглаживала попку Иренди, делала попытки проскользнуть за пояс штанов. Вторая скользила по груди, прихватывала соски, нежила ключицу, потом уходила вниз, к паху. А Лорени стонал, обвивал шею Цурбуса своими руками, прижимался теснее и не в силах был оборвать этот поцелуй, даже при том, что уже воздуха не хватало.
