— Здравствуй, председатель, здравствуй! — Ушаков подал Андрею руку и тут же увидел Таню, Дмитрия Александровича. Так вот кого она поджидала а утаила. — Здравствуй, старина, здравствуй! Сколько лет, сколько зим. А я уж с дочкой твоей познакомился. К ней едешь?
— К ней.
— Попроведать, значит, решил?
— Решил…
И странно, еще полчаса назад Тане казалось, что эти два человека, отец и Виталий Сергеевич, встретившись, обязательно бросятся в объятия друг другу. Теперь было неловко за их встречу. В чем она обманулась?
Андрей достал из багажника буксир, Таня отошла в сторону, предоставив возможность остаться отцу с Ушаковым наедине.
— Замчалов рекомендует тебя на парторга строительства целлюлозного, — сказал Ушаков. — Может, на пенсию собираешься? — пошутил он.
Таня смотрела в сторону леса. Там звонкой ватагой пичуги набросились на ястреба. Разъяренный ястреб вдруг оказался неповоротливым и трусливым. Он прижимался к деревьям, скрывался в зарослях ельника. Не сразу дошли до Тани слова Ушакова. Не может быть, чтобы она ослышалась.
— На пенсию рано, — донесся ответ отца.
— А ты знаешь что? Заходи домой… Посидим, потолкуем, коньячку по рюмашке выпьем. Тамара Степановна часто тебя вспоминает. Прихварывать начала. До пенсии суетилась, бегала. Заходи, — пригласил еще раз Ушаков, — с дочерью…
Газик вытащил «Волгу», и вскоре обе машины катили к Еловску.
— Вот и поселок! — объявила Таня, когда в стороне от дороги, за березовой рощей, показались первые брусчатые дома. — А управление дальше. До заводской площадки еще километров пять. Прямо к дому, Андрей Андреевич…
Таня жила в одной комнате со Светланой. Две кровати, две тумбочки, гардероб, круглый стол, три стула, буфетик — вся мебель девчат.
Прибывших, оказалось, уже поджидали.
— Юрий Блинов! — с подчеркнутой вежливостью представился Кореневу высокий молодой человек.
— Светлана…
Дробову Юрка махнул небрежно рукой, коротко бросил:
— Привет!
— Всем мыть руки, всем! — командовала Таня.
Когда каждый занял указанное за столом место, Таня вновь объявила:
— Мужчинам белого, а нам сухого!
Коренев поднялся с наполненной рюмкой:
— За тебя, моя дорогая!
«За тебя, Танюша!» — повторил мысленно Дробов.
«За тебя!» — подумал и Юрка, не спуская глаз с Тани.
Миновав рабочий поселок, черная «Волга» остановилась в березовой роще. Здесь в двухэтажном брусчатом доме размещалось управление строительства. С виду — это стандартный, восьмиквартирный дом. Перед домом площадка, по краям ее несколько скамеек садового типа с пологими спинками, доска показателей и доска почета.
О своем приезде Виталий Сергеевич не предупреждал и потому его никто не встречал.
«Так вот ты каков, Еловск!» — подумал Виталий Сергеевич, хотя и знал, что это еще далеко не Еловск, о котором немало пишут и говорят по радио…
В противоположность другим крупным стройкам здесь все началось с закладки деревянного поселка. Давно пора оценить начинания пионеров любого большого дела и прежде всего подумать о них. Шесть тысяч жителей завтрашнего «Большого Еловска» имеют и ясли, и баню, и клуб, и школу. Еще не полностью поступили чертежи главного заводского корпуса, а рядом — где будет промышленный гигант — достраивается современная заводская столовая.
Пройдет несколько лет, и на живописном берегу Байнура вырастет город с населением в пятьдесят, шестьдесят тысяч. Будут дворцы и парки, театры и университеты, проспекты и скверы, стадионы и плавательный бассейн.
Виталий Сергеевич вздохнул полной грудью. Только таким живительным воздухом можно дышать и дышать до потери сознания. Что сравнится с этой приморской свежестью и с запахом разомлевшей тайги? Здесь сама сказка природы. Здесь строится Новая Русь!..
Начальника строительства Головлева в управлении не оказалось. Назвавшись, Виталий Сергеевич попросил отыскать его, и сразу все пришло в движение. Трое служащих незамедлительно покинули свои письменные столы, главный бухгалтер и старший экономист взялись за телефоны.
Виталий Сергеевич вышел на улицу, вновь огляделся. Да, дом управления скорее напоминал подмосковную дачу, чем служебное помещение. Предфасадная площадь посыпана желтым песком, посредине большая клумба с цветами. Трава нигде не примята, свежа… А дальше такое, чего никогда не будет в Подмосковье: с одной стороны Байнур, с другой — под самое небо шпили Тальян, покрытые снегом. Хочешь, иди в свободное время в тайгу или взбирайся по отвесным скалам, а хочешь, плыви в море на шлюпках и яхтах, купайся в теплых заливах и старицах. Где еще могут ужиться крупная стройка и туристская база?! В этих местах можно построить и зимние курорты для туберкулезников. Здешние горячие источники по целебным качествам оставили позади многие источники Кавказа. И жаль, не дошли еще руки сибиряков до многого. Придет время, — не на Кавказ, на Байнур начнется паломничество. На юг рвется больше праздный народ. Сюда поедут те, кому не помогут ни Черное море, ни южные здравницы…
