Расследование любого дела сейчас велось гораздо проще, и заключалось, прежде всего, в отработке данных по мобильной связи. Как только совершается какое-то преступление — первым делом запрашиваются данные с ближайшей вышки. Если появляется подозреваемый — первым делом так же запрашивают распечатки мобильного. Мобильный стал неотъемлемой принадлежностью жизни почти каждого человека и мало кто задумывается о том, что постоянно носит с собой маяк, а все разговоры — остаются в памяти и их не сотрешь.
Понятно дело, Дима носил телефон левый, но они его знали, Заказав распечатку — они пошли по следам, и следы привели их в пригород Одессы. Там, где старые, покосившиеся заборы — соседствовали с новыми, кирпичными.
Димы не было. Машины его тоже не было. Токарев мрачно осматривался по сторонам… ж…а.
— Значит, так. Подомовой обход — решил он — ты на этой стороне, ты на этой. Пошли.
Подомовой обход ничего не дал — часть домов вообще стояла пустая, так как не сезон. В остальных — никто ничего не видел, а если может и видел — предпочитал помалкивать, так как связываться с ментами — никто не хотел.
Токарев тоже ничего не нашел. Ни БМВ, ни трупа, ни вообще — ничего.
— Значит, так — приказал он, когда выяснилось, что на месте полный ноль — берете распечатку, отрабатываете последний день Палия. Всё! Где был, что делал. Досконально.
— А если он забухал где. Я думаю…
Токарев не сдержался — все-таки двинул.
— Думать я буду!!!
Через два часа, в баре Южная Пальмира — официант вспомнил, что Палий тут был, и к нему подсаживалась какая-то телка. Вроде как шалава. Двое «правоохранителей» внимания на это не обратили — Палий таких и курировал, рабочий вопрос…
От трупа — Алиса избавилась, утопив его в море, с заранее заготовленным грузом — благо берег совсем рядом и выход к нему не просматривается. Машину отогнала за несколько кварталов и бросила — незакрытую. Отпечатков она не оставила, камер видеонаблюдения в тех местах не было, про систему Поток[54] одесская полиция могла только мечтать. Телефона у нее не было вообще, и «офизичить» ее было невозможно. И машина и коттедж — их она сняла, заплатив по интернету, переводом с карты, следы которой вели в никуда.
Шансов вычислить ее у одесской полиции было не больше, чем достать Луну с неба.
Зато теперь у нее в руках была полная или почти полная картина криминальных раскладов в Одессе, рассказанная человеком, которому незачем было врать.
Любая работа — или практически любая — требует настойчивости, последовательности и аккуратности в своем выполнении. И не терпит суеты. Работа ликвидатора — в этом ничуть не отличается от любой другой работы — и Ангел умел ее выполнять как никто другой. Ошибок — он не допускал.
Яхта де Альм 72 под французским флагом — вошла в дельту Дуная, прошла Сулинским гирлом и бросила якорь в порту Галац — пограничном городе на Дунае, где на противоположном берегу — граница с Молдовой и порт Джурджулешт. Порт был достаточно крупным и оживленным, чтобы на яхту никто не обращал внимания, а контрабандистов здесь было столько, что с переправкой на тот берег — проблем не было никаких.
Оружия на яхте больше не было — за исключением дробовиков и нескольких винтовок, хранимых легально. Все оружие было перевезено на берег ночными рейсами Зодиака и спрятано в трех местах с надлежащими мерами по консервации. Координаты тайников были взяты по GPS. Даже если оружие не потребуется сейчас — оно может потребоваться в будущем любым пророссийским силам в Одессе.
Ангел собрался. Оружия при нем не было, за исключением ручки в титановом корпусе — еще никто не додумался запрещать ручки, но даже при отсутствии в ней лезвия, ей можно было за несколько секунд убить человека. Документы у него были на имя гражданина Сербии Александра Йовановича — чистые и настоящие.
Ибрагима и Лукаша — ждала своя дорога. Там, на берегу, на одной из румынских стоянок — их ждал камион Вольво с легальным грузом — на нем они поедут в Одессу через две границы. В крайнем случае — груз в Одессе можно будет продать, а в камионе — можно даже жить, он предназначен для дальних рейсов.
Перед тем, как расходиться — они обнялись.
Переправившись через Дунай — к вечеру Ангел был уже в Кишиневе, столице Молдовы, где решил заночевать перед тем, как двигаться дальше.
Кишинев — ему не понравился. Некогда красивый южный город, теперь он пребывал в унынии, разрухе и запустении. Было видно, что не хватает денег, маленькие кафе — стояли без клиентов, музыка никому не была нужна. Было грязно, неприютно и некрасиво…
