Тут я постиг весь ужас многодневной угольной погрузки при невыносимо жаркой погоде, когда на раскаленной солнцем железной палубе даже больно стоять в сапогах. Угольная пыль проникала всюду, и, так как приходилось жить на верхней палубе, мы всегда ходили черными. Наш комплект команды был крайне ограничен и сильно переутомлен, потому для погрузок присылали матросов с боевых кораблей. Они приезжали с расчетом как- нибудь уклониться от работы: прятались по палубам и грузили только в присутствии офицеров, но зачастую грубили и не повиновались. Да и не удивительно, на своих кораблях им приходилось тяжело, а тут заставляли еще трудиться и на чужом. Все сознавали, что это не пустая прихоть адмирала, а чрезвычайно важно для всей эскадры, но в то же время так были измучены, что никакие убеждения не действовали, и приходилось применять самые строгие меры.
Под влиянием тяжелых условий смертность на эскадре сильно увеличилась, и почти каждый день в море "на похороны" выходил дежурный миноносец с печально приспущенным флагом, имея на корме одного или двух покойников. Было и несколько, правда, незначительных случаев возмущения команд. Самый серьезный был на "Бородино", так что даже сам адмирал туда поехал и живо водворил порядок.
В это время нас начали беспокоить французы, и командующий французскими морскими силами контр- адмирал Жонкьер от имени правительства просил адмирала покинуть бухту Камрань и вообще берега Аннама. Поэтому 9-го апреля все боевые корабли вышли в крейсерство, но транспорты оставили в бухте заниматься погрузками. Вместе с тем ходили слухи, что Рожественскому приказано ждать отряд адмирала Небогатова и без него дальше не идти.
Наконец 13-го апреля эскадру окончательно изгнали из Камранга, и она перешла к северу в еще более уединенную бухту Ван-Фонг Тут французы нас не сразу обнаружили, и пока шла волокита с передачей требований ее покинуть, мы успели дотянуть до 20-го апреля. Когда на крейсере "Гишен" опять пришел адмирал Жонкьер и предъявил новое требование уйти, эскадра вышла в море, но в тот лее день вернулась, так как получила предупреждение о надвигающемся тайфуне и, таким образом, имела право укрыться в бухте. Хотя этот тайфун так до нас и не дошел, тем не менее мы на законном основании оставались до 26-го апреля. В этот день было получено первое известие о приближении отряда адмирала Небогатова, и вся эскадра вышла ему навстречу.
За время стоянки в Ван-Фонге мы не прекращали грузиться углем и наконец довели свой запас до предела. Было очень важно, чтобы "Иртыш" и "Анадырь" имели его в возможно большом количестве, так как после отделения от эскадры остальных транспортов мы оставались единственным источником снабжения топливом до Владивостока.
Много забот пришлось положить и на заготовку на предстоящий переход свежей провизии. "Иртышу" приказали закупить на берегу сто быков и держать их живыми. Другого выхода не было, так как на многих судах не имелось холодильников, и мясо могло испортиться. Это распоряжение приказали выполнить мне, для чего снабдили десятью моряками из команды, дали паровой катер с тремя баркасами и отправили в бухту.
На берегу виднелось только два домика, которые имели маленькие пристани, и мы направились к одной из них. Француз-колонист встретил нас очень любезно, но оказалось, что он только недавно продал большую партию быков и оттого не мог набрать необходимого количества. Пришлось обратиться к его соседу Этот француз тоже обрадовался увидеть в своем уединении цивилизованных людей. Он жил в обществе жены - анамитки и двух слуг, тоже анамитов. Пригласив войти в домик, угостил нас пивом и стал расспрашивать, что делается на белом свете, так как не имел уже много месяцев никакой связи с другими людьми.
Времени у нас было мало, и мы перешли к делу Оказалось, что он с большой охотой готов продать нужное количество быков, но назначил довольно основательную цену Начали торговаться, но безуспешно, и в виду безысходности положения я должен был пойти на его условия и просил только как можно скорее доставить быков на пристань. Француз улыбнулся и ответил, что охотно предоставляет нам самим выбрать в стаде понравившихся животных, но доставить на баркасы не может, так как имеет всего двух слуг Кроме того, предупредил, что это дикие быки и пасутся они в большом загоне, который находится рядом с домиком. При этом ворота надо все время держать крепко закрытыми, чтобы они не могли выбраться.
