— Может быть, как-то отклонились от курса? А? Николаич?! — Выдвинул версию Олег. Вопросительный тон рождал надежду. На данный момент, ошибка была бы благом, но обидное заключалось в том, что ошибки и толики не было.
— Это вряд ли! — Уверенно спокойно заявил Вадим. — Холм не так уж велик, чтоб потеряться и заплутать как в джунглях. Если его площадь поделить на четыре условных сектора, то получается, из одного района мы стартовали. Второй сектор всё время тянулся параллельно нашей дороге. Был абсолютно голый и просматриваемый. В третьем — я не обнаружил ничего такого, чтобы могло меня привлечь. За высчетом остаётся четвёртый. Четвёртый, он самый вероятный и расчётный по определению. И мы сейчас, в самой его концевой точке. Факт налицо. Вместо часовни, мы на краю обрыва. Серый Холм в этой области рвётся почти под прямым углом.
Вадим замолчал, смакуя молчание обескураженных ребят. Затем Ваня, без претензий на юмор, сухо выдавил:
— Что ж она, эта часовня, провалилась что ли, пока мы шли?
Смешно никому не стало. За растерянностью встало очередью чувство подпорченного праздника. Было видно по лицам, что всё-таки команда готова уверовать в просчёты его, Вадима Зорина, чем выпестовать фантастические идеи. Всё же Климов не преминул высказать одну из таковых:
— А может, и нет никакой часовни? Может быть, это и есть Морок? Один на всех?
— Это типа как мираж в пустыне? — Усмехнулся Олег, закуривая.
— Ерунда это всё! — Пробурчала Наталья. — В пустыне люди пить хотят. От жары и жажды у них едет крыша, и соответственно возникают глюки. А у нас что? Мы сыты и пить у нас пока есть. С чего нам вдруг мерещиться?
— Так ведь проклятое Место! Морок! — Эпатажно выговорил Климов, но девушка недовольно цыкнула:
— Иди ты…
Люся колокольчиком рассмеялась и что-то тихо добавила своё, а Вадим, уже не слушая их, погружался в свои соображения. «Мираж? Остренький шпиль с покосившимся крестом — есть мираж, удобно рассматриваемый через линзы бинокля? Н-да-а… И всем конечно видится одно и то же». В довершении этой мысли вспомнилась фраза одного горе-героя из произведения Горького: «А был ли мальчик? Может то, мальчика и не было?» Фраза эта была как бы универсальной таблеткой от тяжёлых сомнений и тупиковых проблем. Действительно, они прочесали всю сопку, исключая лишь безнадёжные места. Пройти мимо высокой башенной постройки просто невозможно. Невозможно не зацепить глазом, пусть даже отдалённые фрагменты стен. А ведь, глаз не зацепил… Странно было вовсе не то, что вне Холма шпиль видели все. Хотя и это тоже… Более странно было, что он, Зорин, почувствовал задолго до обрыва бессмысленность экспедиции. Чутьё это не было чёткой мыслью. Скорее это было что-то надсадно ноющее, жалеющее. Дескать, мол, и чего мы тут ищем? Ведь, не найдём! И не нашли… Сейчас, Зорин именно так переводил прожитые ощущения. Вслух, он произнёс:
— Как бы там не было, мы возвращаемся! Пять минут общего перекура и назад! А уж коли прогулялись, будем считать, что миф нами развенчан. Чудес здесь нет, как и самой часовни. — И предугадывая вопрос Наташи, объявил: — Кому не даёт покоя виденная издали часовня, пусть примут на веру Ванину теорию…
И уже досадливо перебил Наташин возглас:
— Всё, девочки, всё! Довольно нам загадок и приключений! Домой, и без возражений! К пенящимся ваннам и цветным телевизорам! Да и водичку мы здесь не нашли. Так что… Отдыхаем и назад!
Ухватив Олега за локоть, он отвёл его чуть в сторону, заговорщицки тихо заговорил:
— Олежа! Припомни! Ночью во сколько ты меня разбудил?
Олег удивлённо покосился, затягиваясь полускуренной сигаретой, и неопределённо ответил, скривив подбородок:
— Где-то, полчетвертого.
— Да?! Точно?
— Ну да, ты ещё меня отчитал, что не раньше поднял, а…
— Постой! — Перебил Вадим. — Что нибудь ещё ты мне говорил?
— Что ещё? Да нет… Спать пошёл. — Олег собрал складки на лбу, что-то припоминая, потом осветился улыбкой: — Тихо очень было, Николаич! Вот об этом, я тебе и сказал. Помнишь? Странная такая тишина, словно уши заложило. Даже жутковато стало. Во-от… Ты сказал, что разберёмся. Потом, я спать пошёл. А что?
Лицо Вадима окаменело. Суеверный холодок прошёл сверху вниз, заземляясь в пятках. Зябкий ужас окутал плечи, выуживая из памяти следующее: ЗДЕСЬ НЕТ ЛЕШИХ. ЗДЕСЬ ДРУГОЕ.
— Какая-то проблема, Вадим? — Головной тревожно заглядывал ему в глаза.
— Мы возвращаемся. — Треснутым голосом произнёс Вадим.
— Да это понятно. Только почему так трагически сказал. И лицо такое…
— Какое?
— Будто привидение увидел.
— Тут нет привидений. Тут другое…
— Что другое?
— Не знаю… Странно тут всё. Чуждо пониманию. Загадки, твою мать! — Резко закончил Зорин, пытаясь искусственной агрессией развеять клубящийся туман в голове.
Олег отщёлкнул пальцем окурок и миролюбиво улыбнулся.
— Николаич… Как друг… Забей ты на это! Ну, нет этой часовни, ну и хрен на неё! Тоже мне загадка. Вернёмся домой и не вспомним.
— Это верно. — Согласился Зорин и виновато кивнул на оживлённо ворующих девушек. — Девчат жалко. Обломались…
