— А вот интересно всё же… Кто сказал «мяу»? — Потешаясь, не унимался Климов, и у Вадима чуть было не вырвалось: «Да, это я, ребята! Успокойтесь! Захотел вас разыграть». Этим враньём он желал бы положить конец всем пересудам и страхам, остановить конвейер загадок и свести ситуацию на ноль. Фраза готова была сорваться с языка, но… Так и осталась на уровне мыслей. Ему бы вряд ли теперь поверили. Слишком хорошо их там пробрало, и ведь заразу эту… Этот панический мандраж испустил он, Вадим. Впрыснул в воздух, как бывает, насекомое выделяет пахучее вещество, и всё… Главный испугался — испугались все. Это как часы… Минута делает час.
Зорин медленно поднялся, давая всем понять, что передых закончен и пора «запрыгивать в сёдла». Ребята встали вместе с ним, не прерывая разговора, смеха. Скорей автоматически, чем осмысленно. Вот так же и там… Вадим ясно осознал эту ведомость и понял, что испуг, действительно посеял он.
— Немного осталось. — Уверенным хладным голосом он постарался соответственно приподнять дух коллектива. — Через пятнадцать минут будем внизу, а ещё через двадцать доберемся до ручья. Там и пообедаем. Булды?
Он глазами улыбнулся, располагая общее настроение под позитив. Этого больно не требовалось, самонастрой был нужен самому ему и он это знал.
— Ну, всё пошли! — Он пружинистым балансиром начал осторожный спуск. Остальные, под стать ему, выстроились в цепочку. Уклон пошёл крутоватый, и спешка была ни к чему.
Скоро спуск поменял угол, стал ровнее, притупленее. Дорожка стала приятной для ног. Путь словно выстелился прямой направляющей и путники избавились от всякого рода сдерживания. Они приканчивали последние метры проклятого Холма и позволяли себе иногда, нет-нет да оглядываться. За спиной Серый Холм поднимался горбатой спиной и на прощальный взгляд туристов не казался серой неприветливой пустыней. И вроде растительности на склонах поприбавилось и как будто светлее он стал, этот Холм, радушнее…
Однако, хотелось поскорее оставить приключения в прошлом и спустившись, команда без пауз и передышек, протопала ещё с добрую версту, пока наконец Вадим не стреножил группу на отдых. Место выходило удачное, а главное долгожданная водица перекатывала по камням своё прохладное мокрое брюхо.
— Привал! — Громко провозгласил Вадим, сбрасывая пожитки наземь. — Привал и обед!
Он весело взглянул на подопечных. Ребята, заслышав шелестящее журчание ручья, непроизвольно облизывали губы, а ещё благодатной прохладой повеяло от этой воды, свежим дуновением ветерка. Вольные слова как искра произвели взрыв энергичных движений в стане усталых ходоков. О траву мягко ударились рюкзаки и баулы, повалились вёдра, загремела железная посуда. Голоса стали веселей, смешливее… Чудодейственное место близ ручья, вдохнуло силы в тела измученной дорогой людей, одним только видом напаивая их. Это загодя до того, как губы ощутят в полной мере холод походной кружки.
Пока молодёжь оживляла себя водой, погружаясь по самые локти в живительный источник, Зорин успел помалу наломать хвороста и прикучить место под костёр.
— Пополните канистры! — Крикнул он умывающимся у ручья. — Да и бутылки тоже.
Робкие огонёк заметался под баррикадой сложенных на него веток, пытаясь прорваться наверх, пока хлипко кусая свою тюрьму, но вскоре покрепчав, поднялся в полный рост и обрушил свою власть на податливое древо, требуя столь вкусной пищи ещё и ещё… Зорин поставил управлять костром Люсю, а сам с Наташей начал живо распаковывать съестные припасы. Отобедать договорились, чем бог послал, а вернее тем, что оставил. Вяленой косули осталось каждому на бутерброд, где вместо хлеба прошёл на ура обмотанный вокруг куска салатный лист. Очень много оставалось тушёнки. Её и решили не жалеть и сварить густой с зеленью суп. Это был вариант, поскольку отобедать надо на скору руку и дотемна добраться на Заячьи Камни. Там вероятно тоже будет суп, но если будет время… Можно и с ружьишком поизголяться… Так рассуждал Вадим, примерно прикидывая будущие планы по времени.
Проволочек и задержек с обедом, благодаря сноровистым и решительным действиям команды, не получилось. То ли, действительно хотели есть, то ли хотели поесть и быстрей идти, но только и часу не прошло, как вся пятёрка дружно восседала у костра, с умилительным аппетитом дошкрёбывая ложками содержимое мисок. Вадим взглянул на часы. По времени они сорвали дополнительных полчаса, а раз так… Можно степенно попить чаю. По всему видать, успевают… Чай индийский, байховый давненько уже кончился, ещё до великого похода наверх, и Вадим легко приучил молодёжь к заварным удовольствиям из листочков малины. В совокупе со сгущёнкой выходило очень даже царственно и, в условиях леса, приближённо к нирване.
— Хорошо-о! — Блаженно протянул Иван, прихлёбывая ароматный напиток, сдобренный сгущённым молоком. Он оглядел размякшие розовые лица чаёвствующих и добавил, глядя уже на Олега: — Жить хорошо!
Олег покосившись, хмыкнул, растягивая рот в улыбке, и нарочито громко выпалил:
— А вот не скажу!
