Из долгов всё никак не удавалось выбраться, несмотря на то, что родители Саманты усердно работали. Экономить приходилось на всём, включая еду. Эдвард сокрушался, обвиняя себя в тяжёлом положении семьи. Он корил себя за упрямство, которое не позволило ему вовремя отступить перед конкурентами. Мили всё больше превращалась в несчастную и измученную женщину, а ведь когда-то она считала себя счастливой женой и матерью. Саманта берегла каждую вещь, ей было уже тринадцать, она хотела хорошо выглядеть, поскольку считала себя самой красивой девочкой. А самая красивая девочка, всегда должна красиво одеваться. И она уже тогда ничего не выбрасывала, ведь всё могло пригодиться. К тому же, странная привязанность к вещам всё также была ей присуща. Но она стала спокойней. Правда, с родителями Саманта предпочитала не общаться, если это было возможным. Тем не менее, полностью ссор и скандалов избегать не получалось. Один из таких произошёл, когда Саманта впервые решила встретиться с мальчиком. На свидание её позвал старшеклассник по имени Тим, который был довольно популярен в школе. Тёрны были крайне недовольны таким выбором Саманты. Скандал разгорелся, когда Тим постучался в дверь.
– Никуда ты не пойдёшь! – Кричала Мили. – Не пущу! Что люди скажут?!
– Я выкину этого мальчишку! – Кричал Эдвард.
Шестидесятые ещё толком не успели наступить. Девичья честь была превыше всего. А Саманта собиралась запятнать себя, разгуливая поздно вечером по улицам с парнем, который не славился безупречной репутацией.
– Уйдите от меня! Вы мне не указ! – Кричала в ответ Саманта, отбиваясь от рук матери, которая пыталась её схватить за плечи. – Когда же вы сдохните, наконец!? НЕНАВИЖУ!
– ПОШЛА ТЫ, тварь неблагодарная! – Сорвалась Мили и толкнула дочь в грудь. Саманта с грохотом стукнулась ягодицами о пол:
– СУКА! – Заорала она.
– Заткнись! Заткнись! Я тебе не научила, жизнь тебя научит! Может, тогда ты поймёшь, где тебе место, несчастная! – Мили разрыдалась, схватилась за лицо и убежала в кухню.
– Сам бы тебя прибил. – Пробурчал Эдвард, глядя на, сидящую на полу, дочь. – Семью ещё и позором покрыть собралась.
– Гори в аду! – Рявкнула в ответ Саманта.
Тим решил не ждать, пока ему откроют, и благоразумно удалился, не дослушав скандал до конца.
Саманта всё же ринулась во все тяжкие, но когда ей уже стукнуло шестнадцать. В США расцветала сексуальная революция. Молодежь становилась всё более раскованной. И Саманта не желала всё это пропускать. Она просто не приходила домой после школы, а сразу уходила гулять со своими ухажёрами. Нет, конечно, зайти дальше объятий и поцелуев она ещё не решалась, но парней она меняла, как перчатки. По школе о ней начали ходить разные слухи. За ней закрепилась репутация развратницы. Но Саманту это ни разу не беспокоило, она делала то, что хотела, и её это полностью устраивало. Её радовало то, что люди иной раз смущались в её присутствии. И её делало счастливой то, что она была в центре внимания. В те времена градус агрессии Саманты сильно упал. Но "те времена" быстро проходили, и внимание к её персоне неугомонно сокращалось.
В восемнадцать Саманта устроилась работать официанткой. Ни о каком университете речи никогда не шло. Возможно, после школы она даже не пошла бы на работу, если бы родители не грозили выгнать её из дома. Впрочем, на работе Саманта всё равно не задержалась. Её выперли в первую же неделю, из-за того, что она устроила грандиозный скандал и обругала одного из посетителей последними словами, которые молодые барышни себе позволить просто не могли. После этого у Саманты началась целая череда разных работ, но она нигде не задерживалась надолго. Её постоянно выгоняли за вспышки агрессии и скандалы. Школьная популярность, какой бы она ни была у Саманты, осталась в прошлом, внимание ушло вместе с ней. Саманта снова стала раздражительной и неудовлетворённой жизнью, на этом фоне снова повышался уровень агрессии.
– Когда же ты съедешь отсюда? – Недовольно ворчала Мили. Они с Эдвардом, наконец, встали на ноги и начали относительно хорошо жить. Но обеспечивать неблагодарную дочь им больше не хотелось. Поэтому они, то намекали ей, что пора бы выпархивать из гнезда, то прямо требовали съехать. Безусловно, Саманта сразу вспыхивала в обоих случаях, и начинался скандал. Это выматывало Тёрнов, но и молча терпеть присутствие дочери, тоже становилось всё сложнее. Слишком много накопилось в сердцах родителей, и слишком дорого и больно им обошёлся родительский долг, чтобы продолжать тянуть всё это на своих плечах.
