Любовь? Она не могла это так назвать. Между ними было мощное притяжение, казалось, на клеточном уровне, но это не было любовью. Она была чертовски уверена, что он не любит ее. Это был случай, когда одинаковые люди притягивались, это чувство непринужденности, словно они две половинки, соединенные в одно, и это заставило ее чувствовать себя еще более неловко, думая о любви. Она была похожа на Диаса? Была беспощадна? Стала ли она такой как он, в своем беспрестанном поиске Джастина?
Диас расстегнул ее джинсы и сказал:
Диас замер, открыв рот и тяжело дыша, пока они смотрели друг на друга. Она не могла двинуться; ощущение его внутри себя было слишком острым, почти болезненным в своей мощности. Их взгляды встретились в неярком свете лампы, и она была зачарована напряжением в его лице, его мышцы застыли, будто он не смел двигаться. Ее желание нарастало, но все равно она балансировала на краю лезвия, и знала, что не может его контролировать. Его грудь внезапно поднялась в судорожном вздохе, и он медленно двинулся в глубоком рывке, войдя до самого конца.
Его руки напряглись, он повалил ее на кровать и за двадцать беспокойных секунд, раздел ее донага. Еще десять секунд – и его одежда на полу. Положив руки ей на колени, он развел их, и не дожидаясь согласия, лег на нее. Милла обнимала его, пока он, опираясь на одну руку, другой вводил в нее пенис, и вот одним резким движением он оказался внутри.
Она проснулась от сильных, медленных рывков внутри нее, от рук, держащих ее ягодицы, а Диас прижимал ее к постели и терся своей лобковой костью о ее клитор. У него, возможно, не было богатого опыта, но он точно знал, что делать, знал все ее чувствительные места и точки наслаждения на ее теле, и использовал это знание, чтобы довести до грани, но не доходя до конца. Этот раз был настолько долгим, насколько непродолжительным был первый. Через некоторое время Милла начала бороться с ним за превосходство, пытаясь достичь освобождения, но он был слишком силен и управлял ею, пока не был готов. А потом он начал двигаться в ней, резко и быстро, погружая их обоих в оргазм.
Милле хотелось попросить его остановиться на обочине, залезть к нему на колени и покончить с этим, до того, как она умрет от напряжения. Но как и Диасу, ей хотелось, чтобы все произошло в постели, так что она молчала, стиснув зубы от желания, которое терзало ее.
- Думаю, все продлилось примерно пятнадцать секунд.
Она моргнула.
- Сделай это еще раз. – Она все равно это сказала, потому что не могла не сказать. Скользнув ногами по его бокам, она обвила их вокруг него, и обняла руками, подняв таз, в попытке удержать его член в себе.
- Ээ…Я сниму тряпки с ног и приму душ, а потом…
Даже притом, что он лежал на ней, тяжело вздыхая, она все равно могла чувствовать небольшое напряжение, идущее по его мышцам, как будто он так и не расслабился, будто уже думал двигаться дальше.
- Вода была чистая.
Наконец, они приехали. Диас засунул ноги в мокрые ботинки, оставив носки на полу машины, и выбрался наружу. Милла не хотела выходить с ногами, завернутыми в кусочки ткани и куски коры, так что она осталась внутри, пока он не обошел машину и не открыл дверь, чтобы помочь ей вылезти. Она задумалась, позволит ли он в этот раз ее телу скользнуть по нему, но Диас удержал ее на расстоянии, и аккуратно поставил на ноги. Милла взглянула на него, ожидая увидеть твердое, отсутствующее выражение лица, так ему присущее. А он прижал ее к себе сбоку и прошел с ней в отель.
- Никогда такого не видел. А что, если сойдет?
- Я приму душ, - снова сказала она, пытаясь пройти мимо него, но он обнял ее рукой за талию и притянул к себе.
Ей не хотелось двигаться.
- Я никогда не занимался сексом без презерватива.
Природа не наделила Миллу красивой фигурой, она доставалась ей нелегко. Она усердно работала над тем, чтобы всегда оставаться в хорошей физической форме, потому как, учитывая специфику её работы, никогда нельзя знать наперёд, что от неё потребуется в той или иной ситуации - гнаться за кем-то по городским улицам, или карабкаться по скалам.
- Нет. Их было четверо, а нас только двое.
Лучший способ найти пропавшего человека – пустить по его следам как можно больше искателей. Её работники прекрасно это понимали и выкладывались на работе по полной. Когда Милла вошла, Брайан стоял у кофейного автомата.
