Из всех вещей, которые он мог произнести, эти два слова изумили её больше всего. Она уставилась на него:
Он как раз готовил завтрак, когда она вышла из спальни. Милла налила себе чашку кофе и выпалила:
Но прошлой ночью она не желала быть где-либо ещё.
Он её любит.
Милла попыталась сделать глоток воздуха. Ей казалось, что лёгкие сдавила невидимая рука, а сердце остановилось. Никто никогда не говорил, что это была её вина. Она боролась за своего ребёнка, и боролась почти до самого конца. Только воткнутый в спину нож остановил её. И всё-таки даже через десять лет, Милла страдала от глубокой уверенности в том, что она не смогла защитить своё дитя.
- Жениться - это не самая благоразумная затея, - сказала она.
- Что? - переспросила она срывающимся от волнения голосом.
- Именно поэтому ты оставила его? Чтобы заставить себя платить?
Она озадаченно замолчала, забыв обо всех других важных вопросах, которые намеревалась ему задать. Даже не смотря на то, что у него на лице было мало морщин, а волосах не проглядывала седина, он казался ей старше.
- Я не могу ответить «да», - сказала Милла. - Не сейчас. Слишком много проблем, которые нам предстоит решить.
- Нет. Я оставила его, потому что это было самым верным решением.
- Прости меня, - прошептал он.
- Нет. Ты боишься быть счастливой.
- Точно, врезала бы.
- Ты действительно убедила себя, что не заслуживаешь счастья только потому, что позволила им забрать Джастина? - Спросил он, безжалостно лишая ее возможности оправдаться. - Ты думаешь, что не можешь иметь нового мужа, другого ребёнка - и всё почему? - Разве ты была плохой матерью? Или недостаточно сильно любила его?
- Будущего? Тебе виднее.
Даже сама идея - радоваться жизни, заставляла Миллу чувствовать, словно она ходит по острию ножа, а жестокий ветер пытается помешать ей. - Слишком скоро. Даже убеждённость в том, что в один прекрасный день она должна позволить себе стать наконец-то счастливой, смириться со своей жизнью, было всё равно что стоять на острие ножа на одной ноге.
Она поняла, что думает об их будущем. Всё происходило как-то слишком быстро, а она до сих пор не может твёрдо стоять на ногах.
Милла забеспокоилась. Она высушила волосы и в течение некоторого времени пыталась привести их в порядок, пока не почуяла запах свежеприготовленного кофе. Милла вошла в спальню, одела самые тёплые вещи, которые у неё были – вязаные штаны и фланелевую рубашку, и нахмурилась, как только поняла, что этих вещей она с собой не брала. Должно быть, Диас сам съездил за ними. В течение последних нескольких недель она мало на что обращала внимание, в том числе и на то, как часто приезжал и уезжал Диас. Теперь она надеялась, что подобное настроение больше не будет тревожить её.
Диас кивнул, и вернулся к созерцанию океана.
- Чем ты займёшься? Если мы поженимся, ты не сможешь колесить по всей Мексике в поисках плохих парней или собственной смерти, - она замолчала, потому как не могла продолжать этот разговор.
Милла спокойно сидела, обхватив колени руками, и смотрела в окно. Диас медленно встал и вышел из спальни. Оба дома по соседству были пусты. На самом деле, их дом был единственным обитаемым домом, сдающимся а аренду на этой улице. От этого Милле казалось, что они с Диасом остались одни на всём белом свете, не смотря на то, что некоторые местные жители всё-таки существовали. Пару раз, гуляя по пляжу, она замечала одного-двух людей, которые занимались лёгкой утренней пробежкой, но большую часть времени этот пляж находился полностью в её распоряжении. Чувство бесконечного одиночества не покидало её. Не способствовал этому и монотонный ливень. Милла пребывала в мрачном настроении. Не совершила ли она прошлой ночью величайшую ошибку в своей жизни? А если даже и совершила, то можно ли будет вернуть всё назад?
- Я не любил тебя. - Его голос был тихим и безразличным.- Или не осознавал, что люблю. Так было сначала. Но когда ты прогнала меня, я почувствовал… - Диас замолчал и нахмурился, размышляя над своими чувствами. - Словно от меня отрезали половину.
Милла стукнула его кулаком по груди, а он наградил её таким глубоким и долгим поцелуем, которого она никак не ожидала. Когда Диас её отпустил, она прислонилась к его груди, вдыхая особый, свойственный только ему запах. Ей захотелось сказать «Да». Она любит его. Милла думала, что никогда не сможет полюбить мужчину настолько. Несмотря на его сложный характер, они во многом дополняли друг друга. Вместе с ней он разговаривал, шутил, и даже смеялся. Что-то в ней заставило его раскрыть душу, что-то в нём заставило её сойти с того пути, который она выбрала для себя. Милла была уверена в тех проблемах, которые встанут перед ними. Женитьба только усугубит ситуацию.
