Я испытываю очень странные чувства при входе в замок Ольденбургов через главный вход. Хоть со мной нет отца и мы не несем королю рыбу. Просто есть вещи, которые не положено делать простолюдинке. Мальвина Кристенсен и ее свита считают, что я выскочка и не знаю своего места. Но это неправда. И каждый день я нахожу тому подтверждения.
Я иду по косым аллеям тюльпанового сада и тащу за собой дорожный сундук. Вдруг кто-то откликает меня по имени.
Уже почти полночь, но королева Шарлотта выглядит величественно – как и всегда. На королеве все еще праздничное убранство, в котором она посещала фестиваль. Волосы уложены в великолепную прическу. На голове возвышается корона. Я замечаю, что за ней следует Ник.
– Эвелин, – произносит королева с явными нотками презрения в голосе. – Николас сообщил мне, что ты погостишь у нас.
Она бросает на Ника многозначительный взгляд. Я понимаю: ему пришлось долго спорить с матерью, чтобы я могла остаться.
– Баронесса Аннамэтти любезно предложила разместить тебя в одной комнате с ней.
– Она очень великодушна. Как и вы, ваше высочество, – говорю я. Королева кивает, будто я прошла проверку. Я знаю, когда и как нужно ей льстить.
– Очень рада, – отвечает королева и удаляется. Но прежде чем уйти, женщина оборачивается. – Пожалуйста, не выходи за пределы этого крыла.
Я послушно склоняю голову. Да, я знаю свое место.
Как только королева исчезает из вида, Ник подбегает ко мне.
– Давай я тебе помогу.
– Я сама.
Но, несмотря на мой протест, Ник берется за ручки по бокам сундука и поднимает его на уровень груди – словно тот не весит ни грамма.
– Не надо, поставь. Ты еще не до конца восстановил свое здоровье.
– Все в порядке. Это тренировка перед бегом с камнями. Мне нужно отстоять свой титул.
– С каких это пор тебе стала важна победа? – дразню я друга, чтобы нам не пришлось обсуждать ситуацию с его матерью.
– Оказывается, ощутить вкус победы – это то, чего мне всегда хотелось.
– Ага, или произвести впечатление на девушку. Кстати, где она?
Ник приближается к двери. Я забегаю вперед, чтобы открыть створки перед ним.
– Мэтти оказалась в таком восторге от своих покоев. Это было так мило, я не хотел ее беспокоить. Кроме того, мама…
Ник замолкает. К нам приближается страж, чтобы забрать у него сундук. Ник придерживает дверь за меня. Воспользовавшись моментом, я внимательно вглядываюсь в его лицо, чтобы понять его мысли. Обычно я могу разгадать друга, но не сегодня. Его эмоции смешанные и неясные – будто волшебные чернила Хансы разливаются в причудливые пятна на поверхности воды.
Ник опускает взгляд на стража.
– Олег, отнеси ее вещи в спальню в стиле барокко, пожалуйста.
Мужчина кивает и уходит. Ник тянет меня обратно на крыльцо. Принц усаживается на верхнюю ступеньку. Я следую его примеру. Мы касаемся друг друга плечами. Ник сразу переходит к делу:
– Видимо, когда ты достигаешь совершеннолетия, от тебя требуется не только произносить речи. – Глаза его опущены вниз.
Мое сердце начинает биться чаще. Я кладу руку ему на плечо.
– Ник…
– Мама довольна, потому что Аннамэтти – первая из ее «невест», которых она пригласила.
У меня пересыхает во рту. Я должна была это предвидеть, но в последнее время происходило столько всего. Должно быть, королеву удовлетворила легенда Аннамэтти и моя помощь не потребовалась.
– Она попросила придворных дам отправить письма во все дворянские дома Дании и пригласить каждую принцессу, графиню, баронессу на бал в честь Литасблота. Бог знает, что мама еще задумала. Так как мне шестнадцать, я должен наносить визиты благородным семьям. Однако мама решила, что проще будет пригласить всех девушек сюда.
– Ох, Ник… – начала было я, но его взгляд заставил меня прикусить язык.
– Обещала им, что также будет присутствовать принц Икер…
Конечно же, принц-ловелас двумя годами старше и с целым арсеналом историй о его отважных морских похождениях. Бьюсь об заклад, все девушки с каким-никаким титулом уже садятся на пароход.
– Два принца по цене одного – эксклюзивное предложение, – продолжает Ник. – Неудивительно, что Икер еще не вернулся из плавания.
Чтобы не задеть мои чувства, он не смеется над своей шуткой, а безобидно улыбается. Но я не могу ответить другу тем же. Я хочу превратиться в камень – как статуи в саду его матери. Интересно, существует такое заклинание? Тогда бы меня не одолевало это удушливое чувство разочарования. Оказывается, знать, как лучше, – не значит делать, как лучше. И от этого только хуже.
Но это хотя бы забавно. Если слово
