— Конечно, — кивнула она, обнимая старшего брата. Бари недовольно вздохнул, но ответил на объятия.
***
Так она научилась ощущать хергуд. Хотя Луна до конца надеялась, что они не появятся на сегодняшнем празднике жизни. Девушка видела, как мельтешили стражники внизу, они могут послать парочку бравых ребят на крышу, но там было полно места, чтобы спрятаться. Тем более, что ее точка мало интересовала стражников. Ближе к назначенному времени людей становилось больше. Луна чувствовала их воду. В таком потоке сложно найти хергуда, но она надеялась, что суровые воины не сунуться на аукцион открыто, а лишь будут поджидать у выходов. Церковные колокола ударили трижды, а значит аукцион начался. Девушка закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться.
И она почувствовала. Осадок парема в чужом теле. Возле большого пальца. Далековато. Открыла взятую на всякий случай фляжку с водой. Её не должны заметить, а если и увидят, то не поймут: правда это была или мираж. Создавать солнечные блики и испарения из воды Луна умела прекрасно и ей это не раз помогало. Передвигаясь к большому пальцу, она почувствовала еще странное оживление на крыше главного нефа. Навострив чувства, она узнала Инеж и кого-то еще, простого человека, но видимо обнаружившего сулийку. Однако времени было мало, скоро Джес должен был получить свое оружие. Чуйка подсказывала, что этот хергуд охотился на кого-то конкретного.
Пробираясь по большому пальцу, Луна видела Джеспера в сопровождении стражника. И видела хергуда, следившего за этой процессией с кончика пальца. Девушка попыталась не издавать лишних звуков — лучше напасть на него в момент нападения на стрелка. Земенец управился со стражником и возвращался к лестнице, когда шуханец с неистовой скоростью спикировал вниз и схватил Джеса за воротник, отшвыривая назад. Луна опешила, понимая, что задержалась и что она без понятия как спуститься вниз. Ей оставалось наблюдать, как пятиться стрелок и как на него идет шуханец, пытаясь при этом придумать что же делать.
Между ними завязалась драка, и Луна не могла кинуть клинок или создать его из воды, так как боялась задеть Джеспера. Потом Хергуд схватил стрелка за шею, и Миронова поняла, что медлить некогда. Использовав последнюю воду из фляги и влажную землю, она сплыла вниз, подбегая к шуханцу с кинжалом. Она с размаху всадила ему в шею клинок, не понимая почему его трясет. Джес удивленно на нее вылупился, а шуханец упал замертво: в его рту торчали осколки, а из раны в шее стекал ручей крови. На секунду Джеспер просто уставился на гигантское тело хергуда, а потом помчался обратно к часовням в конце нефа. Луна чувствовала Инеж, а значит все обошлось. Она достала одну из пробирок, что всучил ей брат, на всякий случай, и набрала для него образец крови шуханца.
Теперь ей следовало отправиться на «Восходящую звезду». Вокруг кричала сирена, а потому по крышам было легче. Она знала, что Кювея отправят через Берсканал к Зентсбриджу. Там шуханца заберут Штурмхонд, Зоя и Женя, а потом отправятся в Равку. Ей следовало за короткое время добраться до брата и отчалить из Пятой гавани. Бари не был доволен таким быстрым развитием событий, с учетом того, что пришлось погрузить обратно не только груз Штурмхонда, но и их привычный товар, так как на сбыт в Кеттердаме надеяться не приходилось. Скорее всего ближайший месяц город будет отходить от искусственно вызванной эпидемии. Луна не знала, как Бреккер это провернул, но она была ему благодарна за такую возможность. За считанные минуты город опустел. На пристани не было ни души, а потому «Восходящая звезда» подняла паруса и направилась на встречу равкианскому берегу.
***
Бари выглядел уставшим и недовольным. Однако это не мешало ему вести себя элегантно и поправлять идеально уложенные волосы в порыве нервного тика. Он ни к чему не продвинулся. Парем оказался сложной загадкой, но не в правилах Мироновых было отступать. Он надеялся, что кровь, принесенная сестрой, поможет в разъяснении картины. Шатен прекрасно понимал, что тащить труп было не уместно, тяжело и слишком заметно, но сейчас ему хотелось бы увидеть вживую тела этих воинов. Луна глубоко вздохнула, когда брат скрылся за дверьми своей каюты. Отвлекать его сейчас было самоубийственным занятием. Потому она прошла к себе и смыла пот и кровь сегодняшнего дня. Переоделась в привычный костюм: белую просторную рубашку, темно-синею куртку и темные штаны. Одежду, которую она носила эти два дня в Кеттердаме можно с легким сердцем определить в утиль, хотя брат наверняка найдет ей применение.
По плану они должны были перехватить гришей и корсара в Четвертой гавани, потому как судно Штурмхонда не швартовалось ни в одной гавани этого города. Со свежей головой Луна вышла на палубу, отдавая приказы к отплытию. Матросы знали свое дело и уже давно не удивлялись нелюдимости своего капитана и главенствующей роли его сестры на палубе и в сражениях.
