В груди клокотал демон. Взгляд метнулся в сторону заинтересованной волчицы. Ее голубые глаза были спокойны и грустны. Она ему доверяла. Хотя, наверное, глубоко в душе понимала, чем это закончится. Николай заставил себя сделать глубокий вдох. День не из легких. Серебристая шерсть, колышущаяся на ветру, ровно стоящие ушки и легкие взмахи хвоста успокаивали его нервы. Мозг дал себе ультиматум: он прикоснется к ней еще раз сегодня. Когда никого не будет рядом. Когда он сможет позволить себе большее. Демона это устроило. Ох, да что уж говорить! Устроило это и самого Николая.
— Нам объяснят, что все это значит? — шепнула Женя. Зоя задавалась тем же вопросом.
— Охотно. — Николай кивнул подбородком в сторону стражницы. — Позвольте представить вам настоящую принцессу Эри Кир-Табан, любимую дочь Шухана, вторую в очереди на престол.
— Ложь, — прошипела та.
Николай сжал ее запястье. Волчица недовольно буркнула. Николай отметил у себя в голове, что надо будет взять Луну за руку. И желательно не отпускать.
— Во-первых, ни один воин Тавгарада не позволит схватить себя за руку — сгрести, как последнюю засахаренную сливу с подноса. — Стражница предприняла запоздалую попытку высвободиться. — Во-вторых, где мозоли? У любого солдата они расположены на ладонях, как у Исаака, а мы видим мозоли на подушечках пальцев. Такие бывают от игры…
— На хатууре, — закончила Зоя. — Восемнадцатиструнном. Принцесса Эри славится своим мастерством.
— То есть принцессу заменили наемницей, чтобы поближе подобраться к королю Равки. Но зачем она пыталась покончить с собой? — вслух размышляла Тамара.
— Чтобы бросить тень на Фьерду? — предположила Женя.
— Именно, — кивнул Николай, — и дать Шухану повод к войне. Правитель Равки мертв, член шуханской королевской семьи убит. У Шухана есть веские причины ввести войска в нашу осиротевшую страну и уже из Равки напасть на южные границы Фьерды. А вторгшись к нам, шуханцы уже не уйдут.
Стражница — вернее, принцесса — закрыла глаза, словно признавая поражение, однако при этом сохраняла спокойствие. Король единственный успел заметить, как волчица отходит подальше от компании и возвращается уже человеком. Глаза цвета моря были припухшими. Она плакала. Плакала, что боялась его потерять, увидев смерть его двойника? Или ей было больно от сцены до? Николай хотел бы все ей объяснить, но на это не было времени. Оставалось лишь уповать, что она все поймет по его глазам.
— Что вам пообещали, принцесса? — спросил Николай, отпуская ее руку.
— Другое имя и тихую жизнь в провинции, — тихо промолвила она. — Политика и жизнь при дворе меня никогда не интересовали. Мне сказали, что я смогу заниматься музыкой и влюбляться в кого пожелаю.
— До чего прелестная картина, — сказал Николай. — Не будь безопасность моей страны под угрозой, я бы счел вашу бесхитростность очаровательной. Вы действительно полагали, что сестра позволила бы вам вести безмятежное существование в глухой деревушке? Верили, что после удавшегося заговора она сохранит вам жизнь?
— Я никогда не претендовала на корону! Для сестры я не представляю угрозы.
— Сами подумайте, — потеряла терпение Зоя, — вы популярны в народе, все мечтают видеть на троне именно вас. Ваша смерть поднимет страну на дыбы, вызовет желание отомстить. Разве станет ваша сестра рисковать, оставляя вам жизнь? Вы для нее — живая помеха.
Принцесса вздернула острый подбородок.
— Я в это не верю.
— Вашу охрану мы изолировали, — продолжала Зоя. — Подозреваю, одной из стражниц было поручено разделаться с вами еще до того, как вы успели бы удалиться в свое идиллическое убежище. Можете лично допросить своих солдат.
— Думаю здесь надо подождать, когда сама королева отдаст новый приказ об убийстве своей сестры, — заметила Луна, она сложила руки на груди, как и Зоя.
Упрямый подбородок Эри взлетел еще выше.
— Меня ожидает суд или сразу казнь?
— Нет, вам повезло гораздо меньше. Я уготовил вам иную судьбу.
— Оставите меня заложницей?
— По части уменьшительно-ласкательных прозвищ я не силен, но, если вам так угодно, — да.
— Вы в самом деле намерены держать меня здесь?
— Вы совершенно правы. Только не в качестве пленницы, а в качестве моей королевы. — Последние слова Николай постарался сказать, глядя на Луну. Он заметил, как дрогнуло ее тело, как она столкнулась с его взглядом, но он старался донести, что все не так просто, он ухмыльнулся, и позволил демону завладеть его глазами. И она поняла, по крайней мере, он больше не видел боли и обиды в ее глазах. Только вера и, как он надеялся, любовь. — Брак с вами принесет мне богатое приданое, а всенародная любовь шуханцев к своей принцессе не даст вашей сестре посягнуть на рубежи Равки, — он говорил вальяжно, растягивая слоги.
— Я не пойду на это! — негодующе воскликнула Эри — истинная королева в гневе.
