– Не нужно, – поспешно ответил врач, хотя вопрос был обращен вовсе не к нему. – Я и так вижу, что у покойника практически полностью разрушена вся грудная клетка. Это даже не труп в водолазном костюме, а резиновый мешок, набитый мясом и костями. – Врач повернулся к Трентону и пояснил: – Такие травмы обычно наблюдаются у парашютистов с отказавшими парашютами при их падении в воду с большой высоты. Но… – врач перевел взгляд на снаряжение. – Так как у этого несчастного не было при себе парашюта, могу предположить, что он погиб в результате ударного действия взрывной волны разорвавшейся глубинной бомбы.
– Понятно, – представитель ЦРУ задумчиво кивнул и, приняв решение, распорядился: – Разрежьте и снимите с него гидрокостюм, только потрудитесь не кромсать материал! Тело перенесите в лазарет! Все снаряжение ко мне в каюту! От вас, доктор, я жду официальное заключение о причине смерти! – Трентон вновь повернулся к матросам. – И где, черт возьми, начальник водолазной команды?! Сколько еще я его должен ждать?! – Однако сообразив, что его последний вопрос выходит за пределы компетенции моряков, Трентон выделил из всей группы двух человек и уже более спокойным голосом закончил: – Соберите все с палубы и следуйте за мной. Я покажу вам дорогу.
Подождав, когда матросы подберут с палубы вещи боевого пловца, он направился к себе в каюту. Закрывшись в каюте, Трентон в одиночестве занялся более детальным осмотром снаряжения погибшего водолаза.
Такие действия не являлись прямой обязанностью генерального инспектора по безопасности стратегических оборонных программ. Однако Трентон никогда не упускал случая продемонстрировать руководству свое служебное рвение и оперативную хватку. Сейчас появлялась отличная возможность показать это еще раз. Трентон вполне справедливо предположил, что, если представить выловленный из воды труп боевого пловца как обезвреженного под его руководством российского разведчика-диверсанта, то это упрочит положение генерального инспектора в центральном аппарате ЦРУ. Но для этого нужно выжать из этой страшной находки максимум полезной информации.
То, что водолаз пользовался комбинированным дыхательным аппаратом российского производства, Трентон определил сразу, однако модель назвать не смог. «Ничего, это определят специалисты, – решил он. – А по количеству израсходованной дыхательной смеси станет понятно, сколько времени пловец находился под водой». Трентон заметно повеселел и взял в руки водолазную маску вместе с вмонтированным в нее акваскопом. Он еще на палубе заметил, что материал, из которого она была сделана, отличается от материала гидрокостюма. И цвет черный, в то время как гидрокостюм – темно-синий. Решив, что подумает об этом позже, Трентон занялся акваскопом. Судя по отсутствию внешних повреждений, прибор скорее всего был исправен. Проверить это было совсем несложно, но Трентон побрезговал примерять на себе водолазную маску, снятую с покойника.
Кто-то осторожно постучал в каюту. «Войдите!» – хотел крикнуть Трентон, но, вспомнив, что закрыл дверь на ключ, поднялся из-за стола и отпер замок.
Перед ним стоял высокий и широкоплечий капитан-лейтенант – начальник команды водолазов. Потолок узкого коридора для него был слишком низок, и офицер даже согнулся, втянув голову в плечи.
– Вызывали, сэр?
Трентон утвердительно кивнул и посторонился, пропуская капитан-лейтенанта команды в свою каюту.
– Вам знаком этот агрегат? – Трентон указал взглядом на кислородный аппарат, лежащий на столе.
Начальник водолазной команды взял акваланг в руки, со знанием дела осмотрел его со всех сторон, затем вернул на место и сказал:
– Российский комбинированный аппарат замкнутого цикла ИДА-100. Состоит на вооружении морского спецназа, предназначен для погружения на глубины до двухсот пятидесяти метров со сроком пребывания под водой до двенадцати часов. Внутри корпуса могут размещаться портативная ГАС и станция звукоподводной связи.
– Проверьте, установлены ли они на этом аппарате! – приказал Трентон.
– Для этого надо вскрыть корпус.
– Ну так вскройте его!
Капитан-лейтенант оглянулся по сторонам в поисках отвертки или другого подручного инструмента Заметив среди разложенного на столе снаряжения водолазный нож, взял его в руки и несколькими точными ударами сорвал с дыхательного аппарата заднюю крышку защитного корпуса. Трентон, заглянув через плечо офицера, увидел внутри аппарата два параллельно расположенных баллона, моток спутанных шлангов и разорванный в нескольких местах резиновый мешок неизвестного назначения.
– Ого! – произнес капитан-лейтенант, осмотрев содержимое защитного корпуса. – Где вы его нашли?
– На спине всплывшего на поверхность мертвого водолаза, – ответил Трентон, решив, что, после того как труп аквалангиста видели несколько матросов из команды эсминца, нет смысла далее скрывать правду.
– Тогда все понятно. – Что именно?!
