– Давай сделаем это дома, – потягиваясь в кресле, предложил я. – Моя жена знает технологию разделки и засолки.
– Да я и сам знаю эту технологию, – уверенно сказал Володя. – Но, пока долетим, рыба испортится. Делай как я! – мой приятель решительно встал, прихватил целлофановый пакет с рыбой, и мне не оставалось ничего другого как последовать за ним в один из туалетов, расположенных в хвостовой части салона самолета.
Прошло некоторое время. Мы тщательно разделывали каждую рыбешку: отрезали голову, потрошили брюшко, делали разрезы вдоль хребта и солили, солили, солили…, сбрасывая внутренности в унитаз в воздушное пространство великой России. Все бы ничего, если б не желающие выйти «до ветра». Мы и не предполагали, что как только зайдем в туалет, их окажется так много. Некоторые, из особо нетерпеливых, а по-научному говоря экстравертов с высоким уровнем нейротизма, стали периодически постукивать в раздвижную дверь туалета. Наконец, разделка и засолка рыбопродукции успешно завершилась. С чувством выпол-ненного долга перед женами и детьми, истосковавшимися по свежей красной рыбе, мы гордо вышли из неуютного туалета и встретили на себе массу любопытствующих глаз. Что-то говорило, что у пассажиров к нам возник некий вопрос об ориентации…
– Да мы рыбу солили, – прокомментировал Володя, потрясывая при этом целлофановым пакетом с рыбой. – А вы что подумали?
И сам же ответил:
– Нет, мы не голубые! Нет!
– Ладно, уж, – сказал за всех любопытствующих и нетерпеливых ближайший к туалету пассажир и быстренько проскочил в кабинку.
– Туалет не предназначен для соления рыбы! – поучи-тельно, но вместе с тем вежливо сказала нам, и всем интере-сующимся правилами поведения на борту лайнера, стюардесса по имени не Жанна и мы с Володей уже не сомневались – нас запомнили здесь навсегда!
– Ахтунг! Ахтунг! – Володя пытался скопировать голос немецкого диктора, сообщавшего во время последней войны о появлении в небе русского асса Александра Покрышкина. – Дас ист Самойлов юнд Рыбалко ин дер люфт!
Долетели нормально. Благодаря Володе по фамилии Рыбалко, дома меня встречали как героя и заботливого папашу. Тут тебе и сушеные белые грибы, и красная рыба, и конечно же красная икра – однокашники-штурмана снабдили меня трехлитровой банкой с крупнозернистой красной икрой, выменяв её у местных браконьеров за три литра чистого медицинского спирта из «подводницких» запасов. Неплохо на Камчатке, но далековато…
Послесловие: на ТОФ меня не отправили, нашли эксклюзивный вариант на Северном флоте в подводном спецназе, но это уже другая история…
Самойлов Валерий Александрович
Родился в 1956 году в Петропавловске-Камчатском. Первая половина жизни была посвящена службе на благо Отечества и прошла в подводном флоте. Вторая половина жизни ушла на подъем промышленного производства, в основном рыболовного и танкерного. Литературную деятельность начал в 80-е годы прошлого века, будучи внешкором газеты «Страж Балтики» в Африке.
Война отменяется!
Это произошло в годы «холодной войны», в её самый разгар. В одном дальнем гарнизоне, в связи с полученным заболеванием при прохождении военной службы, был списан с боевой части старший лейтенант. Болезнь была не очень опасной, но служить с ней он уже не мог. Да и, честно говоря, он и сам уже был готов к такому исходу событий. Ему было неудобно перед товарищами, которые часто несли за него, болеющего, дежурства по части.
Но вот, как говорится, дошло до списания. Теперь нужно было думать о новом месте службы и, конечно, где-то на «Большой Земле». Ну за него и начальство тоже думало. А чтобы такие вот списанные офицеры не сидели без дела, им придумывали работенку на «базе». То дежурят по гарнизону, то везут новобранцев из дальних аулов в стройбат для местных военных строек, и многое что другое. Вот таким другим и стало назначение таких вот списанных на почти готовый секретный объект. Офицера (условно его назовем Александром Коптилиным) вызвал к себе целый большой чин-особист и торжественно объявил ему, что он – Коптилин –есть самый ответственный на сегодняшний день офицер и что ему поручают дежурить на секретном объекте. Дело ответственное и к нему нужно подойти очень серьезно.
