Объект этот был, конечно, важный- ЗКП Штаба. Располагался он глубоко под землей в горах и его готовность была почти 100 %, но что-то не довезли, и штат на его офицерский состав был еще не открыт. Как, собственно, не было и командира это объекта. Поэтому было принято решение временно ставить дежурными по объекту на сутки списанный по болезни оф. Состав. Таких было мало и выбирать не приходилось. Вот так и Коптилин попал в число дежурных. В этом сооружении к дежурному попадали в подчинение пять рядовых и старшина –охрана, две девушки связистки и рядовой-планшетист. Место дежурного, после его обхода территории ЗКП с проверкой, было в огромном полупустом зале, еще не до конца оборудованном. Перед креслом дежурного стоял небольшой столик, на котором находились два телефона. Один белый- связь со штабом округа, а второй – красный., на котором был герб СССР, – это была прямая связь с Москвой, с Генеральным Штабом. И если белый телефон использовался для доклада оперативному дежурному о приеме дежурства и иногда этот телефон звонил и оттуда шли ЦУ для всего л\с вахты, то красный всегда молчал и, кроме этого, к нему было приказано даже не прикасаться. Так вот в один прекрасный летний день и пришел заступать на дежурство старлей Коптилин. Его пропустил дежурный рядовой через тяжело открывающуюся толстенную дверь в бункере, и второй рядовой провел офицера широкими подземными коридорами в комнату дежурного. Огромный зал поразил Коптилина. Неоновый свет, здоровенная карта на всю стену, на которой мигали разноцветные огни и красивое кресло, в котором вальяжно расставив широко ноги, вольяжно сидел капитан (тоже списанный)… ну пусть будет
Залудин. Он поднялся навстречу Коптилину и улыбаясь спросил :
– Ты сюда первый раз?
– Да вот назначили – промямлил Коптилин.
– Ну, не тушуйся, здесь все прост – успокоил его капитан.
– Рядовые и девушки все знают, а твоя задача делать вид сурового начальника и докладывать оперативному каждые два часа обстановку. –Какую обстановку? – Спросил Коптилин.
– А вот какую. Эта карта расположение сил округа их движение. Квадратики горят синим. Это танки, треугольники зеленые, самолеты и желтые кружки-это войска, а ромбики черные – это корабли. Вот и докладываешь по карте, где они находятся. Пункты все на карте обозначены – вплоть до Америки.
Капитан усмехнулся.
– Ну это на случай войны. Кстати, если война, то здесь остаетесь до особого распоряжения и наглухо закрываете вход.
– Как это? – Глаза у старлея полезли вверх.
– А ты видел огромный шар у входа в бункер?
– Ну да…
– Так вот если война, то ты должен нажать вот этот рычаг и тогда шар освободится от стопора и по бетонной дорожке закатится к двери в бункер и наглухо закроет входную дверь. А вы должны силами вахты полностью загерметизировать бункер. Запасов еды у вас на 30 суток. Кстати, еду готовят сами рядовые – охрана. А девушки им помогают.
– Да – опять улыбнулся каплей – Если будет ядерный удар, то шар сам закатится под дверь бункера от сотрясения. Ну а теперь пошли познакомлю с вахтой и доложим оперативному.
Немного придавленный всей этой информацией, Коптилин побрел вслед за Залудиным. В просторном коридоре старшина- сверхсрочник построил матросов и девушек. Те были в форме и это было непривычно.
Поздоровавшись с личным составом, Коптилин в сопровождении Залудина пошел смотреть места работы вахты. Девушки показали свою комнату телефонии, где мигали сотни лампочек и гудели телетайпы. Старшина показал места отдыха охраны, камбуз и оружейное помещение.
– Ну вот и все – Залудин привел старлея в ту же комнату дежурного и поднял трубку белого телефона.
– Капитан Залудин дежурство по объекту сдал!
– Старший лейтенант Коптилин дежурство принял!
– Ну вот ничего особенного! – произнес каплей, когда положили трубку телефона. Удачи, а я пошел! Тебя завтра сменит майор Гальченко.
Время начала службы пошло. Выходить на перекур запрещалось инструкцией, курящие отводили душу в специальном помещении, откуда дым удалялся в фильтры, а оттуда очищенный воздух поступал обратно в бункер. После 19.00 Коптилину рядовой принес ужин на подносе. Вкусно отужинав, старший лейтенант поудобнее уселся в кресле и слегка вздремнул.
