Полуторатысячное полевое войско, против трёх тысяч конных «чернецов» у Правого Рукава было не самым выгодным соотношением, поэтому Дарник решил сам возглавить его. Корнею на «Романии» надлежало вдоль берега сопровождать походников.
— А как же тудэйцы? — недовольно спрашивал Буним.
— Что-то я до сих пор не вижу большой помощи против них из Итиля, — отвечал ему Рыбья Кровь. — Можешь отправиться на «Милиде» к вашим морским стражникам и всё как следует оговорить. Или вы только мои победы покупать умеете?
Буним предпочёл вместо себя отправить на «Милиде» письменное послание к хазарским морским стражникам, а самому ехать с князем на Яик.
Напросилась с князем и Ырас.
— Я буду ехать в колеснице вместе с твоим шатром. Ты меня даже видеть не будешь, — пообещала она.
Лето уже заканчивалось, но дневная жара не спадала, поэтому войско двигалось ночной прохладой. Конники и колесничие уступали уставшим пешцам своих коней и колесницы, стоянки должным порядком не оборудовали, палаток с шатрами тоже не выставляли — лишь бы скорее дорваться до хорошей драки.
Когда до Правого Рукава оставалось двадцать вёрст и появился первый сторожевой разъезд «чернецов», войско чуть перестроилось и пошло должным боевым порядком: четырьмя повозочными колоннами с чётким чередованием в них камнемётных колесниц, которым стоило лишь чуток развернуться, и они тут же готовы были открывать разящую всё живое стрельбу. Приближение двух тысяч кутигурских конников дарникцы встретили спокойным выставлением квадратного повозочного фоссата и упредительными выстрелами из камнемётов.
Ответной тучи стрел со стороны «чернецов» не последовало — за долгий поход их запас у степняков сильно истощился, и теперь они больше рассчитывали на рукопашную сшибку с пиками, сулицами и булавами. Ну, а кто им предоставит такую возможность? Уж точно не князь Дарник.
— А что будешь делать, если они так и будут стоять на месте, готовые в любой момент напасть? — любопытствовал Буним.
— Подожду, когда их кони песок начнут есть, — невозмутимо усмехался князь.
В самом деле, простояв на месте несколько часов, кутигуры отошли чуть дальше, став поперёк береговой дороги, мол, попробуйте сами подвинуть нас. Дарник только этого и ждал, тотчас же послал на струге, снующем между берегом и «Романией» Корнею приказ одновременно с походным войском крепко обстрелять «чернецов» из биремных камнемётов. Буниму разрешено было подняться понаблюдать на княжескую колесницу, сам Дарник влез на смотровую вышку и уже оттуда отдавал нужные команды.
Сначала исходную позицию снаружи фоссата заняли две колёсных Больших пращницы, затем к ним присоединились двадцать камнемётных и двадцать стрелковых колесниц, возле которых выстроились триста щитников с двумястами лучников, следом из задней стены фоссата выехали и построились восемьдесят катафрактов с тремя сотнями конников.
«Чернецы» тоже изготовились к сражению. Пятьсот или шестисот конников, спешившись, выдвинулись вперёд, собираясь встретить дарпольцев выстрелами из луков и стеной щитов с копьями и сулицами. За их спинами сосредоточились два больших конных отряда примерно по тысяче человек. Там тоже спешившиеся кутигуры стояли впереди лошадей, дабы щитами и кожаными доспехами закрыть своих скакунов от стрел противника. Князь с лёгкой улыбкой разглядывал со своей верхотуры эти построения.
По сигналу дарпольской трубы вперёд помчались двадцать камнемётных колесниц и в ста шагах от пеших кутигур круто развернулись и замерли, выставив вперёд стволы своих камнемётов. Следом выехали стрелковые колесницы, развернулись и выстроились во вторую линию, быстрым шагом к ним подошли щитники с лучниками, заняв промежутки между колесниц. С особым вниманием князь следил за полусотней суличников с тудэйскими металками — как-то они себя проявят!
Первыми, ещё не дожидаясь выдвижения второй линии колесниц, выстрелили Большие пращницы. Груды пудовых камней, перелетев два стрелища, ударили в самую гущу конников «чернецов». Следом заговорили колесничные камнемёты, их выстрелы «репами» и «яблоками» достались спешенным «чернецам». Выбежав вперёд, суличники мощно метнули металками свои сулицы. Развернувшаяся боком у самого берега «Романия» тоже начала обстрел из шести бортовых камнемётов.
