Барти отдал одной из девушек бокал и увидел Касси. Он сидел в углу, привалившись к стене, и невидящим взглядом смотрел в одну точку. На столике стояли пустые зелёные бутылки из-под вина. Судя по всему, в этом скопище разврата он пытался залить своё горе спиртным.
– Не обращай внимания, – неожиданно сказал Даги, скривив и без того неприятные черты своего лица. – Он узнал о предстоящей свадьбе Ирамии и твоего брата. Рассчитывал отдать её за своего другого сына. Боюсь, чего бы он с собой не сделал.
Одна из путан присела около Барти, обняв его. Но юноша ощутил сильную нехватку кислорода и, оттолкнув её, выбежал прочь, слыша за спиной хохот Даги.
Прохладный вечерний воздух приятно освежил юношу, когда он оказался под полами каменной статуи. По широкой круглой площади проносились кареты. Женщины цокали каблуками и смеялись. Статный мужчина с тростью в руке куда-то спешил. В свете фонарей можно было увидеть моросящий дождь.
Барти пересёк шумную площадь и свернул в тёмный переулок. Его лицо намокло от дождя. На земле лежала женщина.
– Леди, что с вами? – спросил он, подходя к ней.
Он склонился над женщиной. Из дыры в её разодранной щеке виднелись жёлтые зубы, в стеклянных глазах застыл ужас. Барти отвернулся и содержимое его желудка вырвалось наружу.
– Убийца! Я всё видел! – внезапно закричал незнакомец. За его спиной возник Друлль:
– Что ты видел? Как юношу вырвало из-за увиденного? Барти, пойдём. А ты зови стражников.
– Но разве, Михаэль, вам не нужно осмотреть тело? – удивился Барти, поднимаясь с колен и шатаясь.
– Я видел достаточно. Поверь мне, Барти, я очень скоро найду убийцу и он ответит за содеянное.
– Вы спасли меня, – сказал Барти, когда убитая женщина была далеко позади.
– Вовсе нет, тебя бы до утра продержали в тюрьме, пока всё ни выяснили. Я просто оказался в нужном месте.
– Что за чудовище могло сотворить такое с женщиной?
– Таких монстров предостаточно, – Друлль протянул руку, – поздравляю с победой! На каждом углу говорят об этом. Я рад, что кто-то сумел одолеть непобедимого чемпиона арены!
Барти машинально пожал руку сыщика:
– Мне просто повезло.
– Не думаю. Везение против Гая не поможет. Я не видел ваш бой, но слышал достаточно. Такая же сила была у твоего деда Марвиса. Это хорошая способность. Твоя сила в твоей слабости. Чем больше тебя ранят, тем более смертоносен ты.
– Рубцы только останутся, – вздохнул Барти.
– Шрамы? Так это же здорово! Они придадут тебе мужественности. Я был бы рад, если бы на моём теле тоже оставались рубцы, но это невозможно. Лучше шрамы на теле, чем на душе. Где вы остановились?
– У Риза.
– Вот как? Тогда ступай. А мне нужно найти Лари. Ты не видел его в "Монахине"?
Барти нахмурился:
– Он там.
– Удивлён, что этот старый развратник предпочитает мальчиков? У каждого из нас свои недостатки. Я бы на твоём месте держался от него подальше и не пил приготовленный им чай. Хотя... – Друлль задумался и окинул юношу бесцветным взглядом, – ты наверное уже вышел из желанного возраста для Лари.
Барти внимательно посмотрел на сыщика. Он никогда не видел его таким – без бороды и богато одетым. Гладко выбритое лицо, поднятый воротник тёмного плаща, волнистые волосы ниже плеч, собранные лентой.
Друлль попрощался с Барти и направился в таверну. Стража не остановила его, когда сыщик молча прошёл в зал для особенных гостей.
Руми сполз с софы на пол и упал на живот. Его кофейные волосы спутались. Перед его лицом из ворса ковра выросли грибы. Созданные из золотого света и энергии они танцевали, гортанно нечленораздельно что-то напевая. Друлль посмотрел на Даги:
– Ты же знаешь, что стригам нельзя давать дурман и выпивку. Где Лари?
– Там, – Даги указал на одну из штор, продолжая курить водяную трубку. Блудница лежала подле него и теребила его дреды.
За шторой раздавался стук кровати о каменную стену и стоны. Внезапно со свечи на стене сорвался огонь и приобрёл очертания лошади. Она заржала и поскакала по воздуху.
– Надеюсь мальчишка спалит тебе брови, – сказал Друлль, распахнув штору.
– Зато теперь он узнал, что ему подвластен огонь, – икая, ответил Даги.
– Не думаю, – поднял одну бровь Друлль, взглянув на Руми, который растянулся на ковре и провалился в наркотический дурман. Сыщик скрылся за шторой.
– Одевайся, Лари! – сказал Друлль, опускаясь в кресло.
Лари отлепился от блудника и натянул коричневые штаны. Мальчишка скрыл наготу под покрывалом.
– Как же ты невовремя, Михаэль, – заворчал Лари, застёгивая роскошный сюртук. – Не мог немного подождать.
– Шутишь?
Они вышли из зала. Друлль крикнул трактирщику:
– Мы займём комнату наверху. Никого не пускать к нам, даже прислугу.
– Хорошо, – ответил он.
На каменных стенах комнаты висели картины. Дубовый шкаф украшали золотые вычурные ручки. Подсвечник в виде ангела, вделанный в стену, не горел. Лари зажёг его взглядом, блеснув янтарными глазами. Друлль сел на стул у стены:
– Лари, ты получил письмо?
– Разумеется, – ответил он, садясь на стул напротив сыщика. – Мне столько тебе нужно рассказать.
– Мне тоже.
– Друлль, король спятил. Он собирается сослать Ирамию в Эшарву.
– Я не удивлён.
