– Это отвратительная идея! – сурово ответил он. – Люди не смогут воспользоваться источником и станут слабыми. Даги не нужна большая армия. Он никогда не стремился обеспечить охраной весь Стригхельм. Стражи нужны ему исключительно для защиты его подпольного бизнеса. А значит Стригхельм станет беззащитным перед внешней угрозой. Пока народ столицы силён, городу ничего не угрожает.
– А как же армия Тарплена? При необходимости Видий бросит своё войско на защиту столицы. Или ты считаешь его той самой внешней угрозой?
– Разумеется, нет. Но мы не знаем, кто будет следующим королём Тарплена.
– Как я понимаю, Руми, либо их с Ирамией дети.
– Это не так, – Риз сделал паузу. – Я не должен тебе этого говорить, Михаэль, поэтому буду надеяться, что это останется между нами.
– Можешь рассчитывать на меня.
– Хорошо, – Риз внимательно посмотрел на сыщика. – Видий установил строгое наследование трона. Наследниками первой очереди являются дети Ирамии, только при условии, что они будут стригами. Наследники второй очереди – Вагеры, но опять же при условии, что они стриги. Третьей – Эшеры.
Поражённый этой новостью, Друлль не мог сказать ни слова.
– Не спрашивай меня, чем вызвано подобное решение. Я не знаю.
"А вот я как раз догадываюсь", – подумал сыщик, проведя кулаком по правой щеке.
– Эшеры никогда не станут править Тарпленом. Мне достаточно и Стригхельма. Его территория настолько огромна, что я собираюсь отстроить ещё несколько городов и разделить власть со своими детьми.
– Детьми? – Друлль посмотрел на Лорка, который упорно читал тяжёлый текст, иногда хлопая себя по щекам маленькими ладошками. – Не стар ли ты для зачатия?
– У меня уже трое детей. Пусть двое из них и не носят моего имени.
– Ты говоришь о Гае?
– О нём тоже. Многие уже догадываются о том, что он мой сын. Я был рад, когда узнал, что Ирамия предпочла в мужья не его, а Яна. Не хочу, чтобы мои дети правили Тарпленом.
– Лорк, Гай. Кто третий?
– Моя дочь живёт в одной семье, которая ежемесячно получает вознаграждение за заботу о ней. К сожалению, её мать умерла при родах.
– Что за семья? Где? – заинтересовался сыщик, блеснув глазами.
– Михаэль, я доверяю тебе, но предпочту, чтобы это осталось тайной.
– Кто знает, может быть у тебя ещё есть дети. Ты так щедро разбрасываешь свои семена по материку.
– У меня трое детей, – холодно ответил Риз. – Были бы ещё, я знал бы об этом.
Дети начали возвращаться и занимать свои места под крышей школы.
– Прости, но мне нужно продолжать урок.
Друлль кинул взгляд на табличку под крышей школы и прочитал: "Узус те плюра доцебит". В переводе с древнего языка оно означало – "Опыт тебя доучит".
Глава 24. Эшарва. Восьмиглазый пёс
Редкие лучи дневного света с трудом пробивались сквозь сомкнутые кроны высоких сосен. Их голые стволы тихо поскрипывали и трещали. Руми присел на корточки и развёл дуги капкана до щелчка. Он взял сухую палку и осторожно отодвинул добычу от капкана. На шее лесной куницы отпечатался след от дуг. Руми довольно осмотрел мех добычи:
— Отличный получится воротник для Гвен.
– Бедное животное, — прошептал Барти, сдерживая рвотные позывы.
– Ты что зимой шкуры не носишь?!
Барти засмотрелся вдаль, стиснув в руке ореховый лук, и потянулся за стрелой.
— Что там? – вскочил на ноги Руми, заметив замешательство брата.
Серый волк нагонял свою добычу. Белая болонка на удивление слишком быстро удирала от преследователя. Внезапно пёс остановился, и повернулся мордой к хищнику:
"Настало время умирать!" – подумал пёс и шерсть на его спине начала расходиться, окрашивая грязный мех кровью. Зверь уже был готов вырваться из тела пса, как над его правым ухом пролетела стрела и угодила волку в глаз. Две пары ног торопливо приближались. Пёс оскалился и зарычал.
Барти хотел присесть на корточки возле собаки, чтобы успокоить его, но опешил. На него смотрело восемь кровавых глаз. Неестественно вытянутая морда с алыми острыми как лезвия зубами выглядела жутко.
– Ну и рожа, — ахнул Руми и потянулся за мечом.
"Больше я не позволю забить себя до смерти!" — мысленно прорычал пёс.
Барти увидел на шерсти болонки кровь:
– Бедняжка, ты ранен, — ласково заговорил он. -- Иди ко мне, мы поможем тебе.
Пёс перестал рычать, удивлённо посмотрев на юношу всеми восемью глазами.
– Ты спятил совсем? – оторопел Руми. – Ты посмотри на него. Это же что-то немыслимое.
– Поэтому у него наверное и нет дома.
"Дома?" – подумал пёс.
– Ему нужна помощь.
"Помощь?"
– Барти, это плохая идея. Давай оставим его и просто уйдём.
– Отец говорил, что нельзя отказывать в помощи тому, кто в ней нуждается, – Барти присел на корточки и протянул руки к собаке.
– Если он тебе сейчас руки отгрызёт, не говори, что я тебя не предупреждал.
– Иди ко мне, дружок. Давай же, не бойся!
Пёс задрожал и замотал хвостом, медленно приближаясь. Горячая ладонь Барти прикоснулась к его мокрому носу. Юноше показалось, что он увидел на глазах животного слёзы.
– У него ещё и какая-то болезнь глаз, – заворчал Руми.
