Обод конуса Стейли раскрылся, и назад рванулось кольцо парашюта. Стейли глубже вжался в кресло. С минуту он видел только голубое небо, после чего последовал сильный удар. Стейли мысленно выругался. Конус закачался и завалился набок.
В ушах Стейли зазвенело, и он услышал возглас Поттера:
– Я нашел рычаг управления! Если бестии сделали все одинаково, в центре должна быть круглая рукоять. Это рычаг управления тягой, а двигая панель управления, можно удерживать конус от крена.
«Жалко, что он не обнаружил рычаг чуть раньше!» – подумал Стейли, а вслух сказал:
– Подлетайте ближе к земле и парите над ней – пусть топливо выгорит. Вы нашли способ высвобождать парашют, Поттер?
– Нет! Он пока подо мной, и пламя двигателя сразу сожжет его. Где вы?
– Внизу! Дайте только освободиться!
Стейли раскрыл аварийную сетку и повалился навзничь. Сиденье помещалось на тридцать сантиметров ниже края конуса. С помощью оружия Стейли прожег в конусе отверстие: нужно было хоть как-то проверить обстановку. Материал запенился и обдал Стейли белыми «снежными» хлопьями с головы до пят.
– Когда приземлитесь, убедитесь, что на борту шлюпки нет «домовых», – приказал он.
– Меня едва не вышвырнуло! – донесся до него голос Уитбрида. – До чего мудреные штуковины!
– Я вижу тебя, Джонатон! – крикнул Поттер. – И я смогу к тебе подлететь!
– Ориентируйтесь на мой парашют, – сказал Стейли.
– А где ты? Что, если мы находимся в двадцати километрах друг от друга? Твой сигнал стал совсем слабым! – воскликнул Уитбрид.
Стейли поднялся и внимательно осмотрел спасательную шлюпку. В ней не было ни единого закутка, где малыш мог бы спрятаться во время полета, но Стейли проверил конус еще раз, для полной уверенности. Затем переключился на нужную частоту и попробовал вызвать «Ленин» – не надеясь на ответ и не получив его. Передатчики скафандров действовали только в пределах видимости, и их сознательно делали маломощными, иначе весь эфир заполнила бы людская болтовня. В спасательных шлюпках не обнаружилось ничего похожего на переговорное устройство. И как, интересно, «домовые» собирались выйти на связь с крупными сородичами?
Стейли чувствовал себя неуверенно: он пока не привык к силе тяжести. Он принялся озираться: во все стороны тянулись возделанные поля с рядами доходивших человеку до груди кустов с темной листвой и пурпурными плодами вроде баклажанов. Рядом произрастали кустики поменьше: их ветки были усеяны зернами. Стейли удивленно присвистнул: поля терялись за линией горизонта.
– Тебя по-прежнему не видно, Хорст, – доложил Уитбрид. – Хорст, взгляни-ка вон на то низкое здание, сверкающее, как зеркало! Оно смахивает на купол!
Стейли огляделся и обнаружил вдалеке металлически поблескивающее сооружение. Здание действительно могло оказаться его единственным ориентиром.
– Вот оно!
– Мы полетим туда и будем ждать тебя там.
– Ладно.
– Держи курс на него, Гэвин, – произнес Уитбрид.
– Хорошо, – донесся ответ.
Потом они говорили о чем-то еще, но Хорст Стейли не прислушивался. Ему опять стало одиноко.
– Ого! Мои двигатели смолкли! – воскликнул Поттер, и Уитбрид увидел, что спустя долю секунды конус Поттера ударился в землю острием, зашатался и рухнул в кусты.
– Гэвин! – закричал Уитбрид. – Ты в порядке?
Что-то зашелестело, потом раздался голос:
– Иногда в плохую погоду у меня ноет правый локоть… старая футбольная травма. Держись, пока сможешь, Уитбрид. Я встречу вас у купола.
– Ясно! – маневрируя двигателем, Уитбрид направил конус к строению.
Еще издалека Уитбрид понял, что здание огромно. Даже с высоты птичьего полета размеры конструкции поражали воображение, правда, пока Уитбрид точно не мог определить его высоту: ему предстояло лететь минут десять, а то и больше.
Спустя некоторое время он сумел разглядеть детали строения, которое венчал идеально гладкий купол. Уитбрид не заметил ни окон, ни иных архитектурных «излишеств», за исключением прямоугольной выемки: наверняка двери, хотя та и казалась смехотворно маленькой для столь гигантской конструкции. Но, должно быть, его впечатление было ошибочным, да и отблески солнечного света на куполе слепили глаза.
Уитбрид начал неторопливо снижаться. В здании, возведенном посреди полей, было что-то зловещее, и именно это, а не страх перед тем, что двигатель в любую секунду может заглохнуть, застопорило его самого.
Но конус до сих пор не вышел из строя. Вероятно, малыши изменили компоненты в твердотопливном двигателе: среди устройств и вещей, усовершенствованных мошкитами, не было двух одинаковых. Уитбрид приземлился перед прямоугольной дверью, которая и впрямь была под стать зданию.
– Я на месте, – прошептал он и рассмеялся. – Докладываю. Вижу дверь. Она закрыта. Странно, что в полях не было тропинок, ведущих сюда. Растения доходят до самого края купола!
– Может, самолеты садятся на крышу? – предположил Стейли.
– Не думаю, Хорст. Крыша-то
– Будьте осторожны. Гэвин, как ты?
