И было ею Вилену предназначено после выхода на пенсию «бомбить» на «ласточке» – а как иначе, если не отмерила она ему богатств?
Вот и сегодня вечером, после ужина Вилен сел за руль. Хоть и накопил он кое-какой опыт, но все еще терялся, когда нужно было ехать куда-нибудь в Жулебино или Бутово. Именно один из таких адресов – Новопеределкино – назвал клиент. Тучный, с широким гладким лицом и бородавкой возле носа, как у Хрущева, он на него и походил. От гражданина несло спиртным. Конечно, Вилену никогда не доводилось видеть Первого секретаря ЦК КПСС во хмелю, но теперь ему легко было это представить.
– Вам теперь, бомбилам, конец, – сообщил новость пассажир, – закон против вас вышел. Всех заставят ездить только на такси.
– Ну, мать их! – не удержался Вилен. – А мы-то им чем помешали? Когда ж от них покой будет?
– От кого?
– От депутатов. Они же законы принимают.
– Наивный вы человек, – только и ответил пассажир, погружаясь в сон.
«Ну да, до Новопеределкино я еще доеду по Боровскому шоссе, а как я найду Родниковую улицу? – подумал Вилен, косясь на пассажира, помощи от которого ждать было нечего. – Все уже давно с навигаторами ездят, а я… Хотя, зачем он нужен, если «Хрущев» правду сказал? Дорогу от дома до «Ашана» я и так знаю».
Вилен ощутил раздражение, которое усилилось оттого, что закончилась жидкость в омывателе, и потому «дворники» лишь развозили грязь по стеклу.
При въезде в Новопеределкино пассажир однако очнулся.
– Здесь налево… Через семьдесят пять метров направо, – четко указывал он путь. – К тому дому с двумя подъездами. Все.
Расплачиваясь, «Хрущев» заметил:
– Вы, уважаемый, жидкость в омыватель долили бы, ни черта ж не видно…
«Вот пообщался с человеком, и ни одной положительной эмоции», – подумал Вилен.
Но настроение его все же улучшилось, когда открыв багажник, он обнаружил емкость с «незамерзайкой».
Вилен залил жидкость в бачок и тронулся, промывая на ходу лобовое стекло. Наблюдать, как с каждым взмахом щеток оно делалось все прозрачнее, доставляло удовольствие. Но недолго. И не потому, что короткое это удовольствие успело пройти, а потому что полосатая палка гаишника преградила путь. Спидометр показывал вполне разрешенную скорость – пятьдесят километров в час. «Так чего ж ему надо?!» – возмутился про себя Вилен.
Желтый, словно натянутый на шар, жилет придвигался к нему.
– Инспектор… – затараторил он скороговоркой, – лейтенант полиции (фамилии, конечно, было не разобрать), ваши документы.
– Пожалуйста. А что случилось?
Мельком взглянув на права, лейтенант погрузил их в карман и объявил:
– Пройдемте, гражданин, в служебный автомобиль для составления протокола.
– Какого протокола? Я же ничего не нарушил!
– Пройдемте, пройдемте…
Когда они расположились в салоне авто, лейтенант указал на небольшой монитор, установленный над приборной панелью. Монитор застывшим кадром показывал «ласточку» Вилена.
– Это ваша машина?
– Да, моя.
– А красный фон на экране видите?
– Вижу. И что?
Белесые ресницы гаишника перестали моргать, чтоб без помех лился сосредоточенный холодный взгляд. Лейтенант наверняка считал себя гипнотизером. Но Вилен оказался не внушаем, а потому опять спросил:
– И что все это значит?
Полицейский отмер.
– Красный фон означает, что вы находитесь в состоянии алкогольного опьянения.
Вилен остолбенел. Но на краю его изумленного сознания наметилась и стала прорастать невероятная догадка: в гаишной машине – прибор Воротникова!
Не в силах согласиться с этим, Вилен произнес:
– Неправда… Нет…
– Вы что ж, газет не читаете, телевизор не смотрите?
– Нет… – продолжал твердить Вилен.
– Ну тогда знайте: с начала этого года служба безопасности движения использует прибор «Лепесток» – чтоб выявлять пьяных за рулем. Согласно приказу МВД его показаний достаточно для установления факта опьянения водителя. Вот так, гражданин. И давайте начнем составлять протокол.
– Да это же нелепость какая-то! Я и не помню, когда в последний раз употреблял спиртное… Я «незамерзайкой» только что лобовое стекло поливал – вот в чем дело! Она же спирт содержит!
– Говорите, что газет не читаете и телевизор не смотрите, а про то, как работает прибор, знаете…
– В общем, я требую, – Вилен решил не отвлекаться от главного, – подвергнуть меня медицинскому освидетельствованию!
– А я вам повторяю: согласно приказу МВД показаний прибора достаточно. Никакого медицинского освидетельствования дополнительно не требуется.
Вилен отступил, уперевшись лбом в скалу. Наблюдая, как заполняются каракулями строки протокола, Вилен подумал, что для гаишника почерк не главное, главное – понимание человека. Вот, например, этот честный малый знает, что с владельца развалюхи – «Жигулей» взятки не получить, а потому и исполняет без колебаний свой долг. А еще он подумал: «Бедная наша страна…» И вписал в протокол, когда тот был готов: «Считаю приказ МВД издевательством над здравым смыслом».
И напрасно, поскольку этим очень возмутил судью Худотеплую:
– Что такое, гражданин?! Вы оскорбляете органы власти!
Не вникая в гаишные каракули, она назначилала ему год лишения водительских прав.
