– За самим государем послали… – задумчиво проговорил Мишка.
– А ты думал! – вскрикнула женщина. – Чай редко такое бывает, чтоб в самом Кремле колокол упал!
– А-а-а! – разом выдохнули ребята. – Колокол!
Со всех сторон продолжало доноситься:
– Беда…
– Знамение…
– Мы все умрем!
А ребята уже выбрались из людской круговерти и побежали обратно, к дому англичан.
– Мистер Тейлор, ничего страшного! – закричал Миша, входя во двор. – Просто в Кремле колокол упал.
Иностранец с удивлением покосился на улицу.
– Такой крик из-за колокола?
– Говорят, плохой знак, – пояснила Маша.
Иностранец немедленно помрачнел.
– В этой стране плохие знаки всегда оправдываются, – хмуро сказал он. – Пока распрягайте, но нужно смотреть в оба глаза.
Но следующее утро Машу и Мишку подняли с утра пораньше.
– Посол едет! – сообщил Тейлор. – Надо встретить.
Переводчики наивно полагали, что встречать посла нужно прямо тут, у стен Кремля, но все оказалось сложнее. Купцы забрались в седла, Машу с Мишкой усадили в повозку и двинулись прочь от Москвы. Ехали долго, толмачи успели даже доспать утренний сон на душистом сене. Да и проснувшись, обнаружили, что процессия все еще движется.
– Слушай, – зашептал Мишка Маше на ухо, – а вдруг они нас в Англию везут? Типа похитили. Чего делать будем?
– Чего-чего! – буркнула Маша. – Женишься на мне.
Мишка вздрогнул и отодвинулся.
– Это еще зачем? – подозрительно спросил он.
– Что значит «зачем»? В любви признавался? Прилюдно лапал? Значит, женись!
По тону Маши было трудно понять, насколько она серьезна. Да она, пожалуй, и сама не понимала. Но Мишка, спокойствия ради, решил, что она все-таки иронизирует.
– Хорош прикалываться! – строго сказал он.
– Будем и дальше по истории пробираться, – пожала плечами Маша. – Какая разница, в Москве это делать или в Лондоне. В Лондоне даже круче. Представляешь – доберемся до Лондона XXI века…
– …А у нас ни загранпаспортов, ни виз, – вернул ее в реальность Мишка, у которого был какой-никакой опыт поездок за границу.
У Маши он тоже присутствовал, но о таких прозаических мелочах, как визы, ей как-то не думалось.
– Нет, – заявил Мишка после короткого раздумья, – надо тут оставаться. Про историю России мы хоть чуть-чуть знаем, а про Англию…
И тут Маше пришел в голову вопрос, который их мучил с момента последнего прыжка во времени.
– Мистер Тейлор, – позвала она с повозки, – а какой сейчас год… по европейскому времени?
Купец несколько удивился, но потом, вспомнив, что у русских тут свое, непонятное нормальному человеку, летоисчисление, ответил:
– Тысяча пятьсот сорок седьмой.
Миша и Маша глубоко задумались, копаясь в памяти. Никаких ассоциаций с этим годом у них не нашлось. Историю они учили все-таки похуже, чем английский.
Тут повозка остановилась. Но оказалось, это всего лишь привал. Зато Тейлор рассказал, куда они едут – встречать английского посла, лорда какого-то там. Какого – Маша и Миша так и не поняли, так как его фамилия состояла сплошь из закрытых гласных и межзубных согласных. Смысл его приезда тоже остался неясным, но самое непонятное – зачем купцы понеслись встречать своего посла так далеко от Москвы. Что, трудно подождать его в городе?
Ответ на последний вопрос Миша нашла, когда купцы, наконец, встретили посольство и тут же уединились с его главой – сухим старичком надменного вида. Наблюдая за тем, как англичане шепчутся, чуть не касаясь друг друга головами, Маша толкнула Мишку в бок и тоже зашептала:
– Слушай, это же шпионы!
Мишка вздрогнул и внимательнее посмотрел на своих нанимателей. У него было другое представление о шпионах, составленное по голливудским фильмам… но, может быть, в XVI веке все как-то по-другому?
– Они специально поехали вперед, – продолжала шептать Маша, – чтобы разузнать, что тут и как. Они узнали, и теперь послу докладывают.
– А, ты в этом смысле! – успокоился Мишка. – Так это не шпионы. Это разведчики.
Маша закатила глаза. С ее точки зрения, особой разницы между шпионами и разведчиками не существует. Впрочем, скоро началась такая веселуха, что стало не до размышлений на околошпионские темы.
Когда Мишка и Маша увидели, что дорогу к Москве преградила группа вооруженных верховых, то сначала решили, что это засада. Посол тоже задергался.
Однако Тейлор оказался готов к такому повороту событий. Он ободряюще улыбнулся послу:
– Это пристав… царский советник. Встречает вас с почетом.
Впрочем, «почет» оказался довольно странным. Группа встречающих бровью не повела, когда посольство подъехало к ним вплотную. Пристав вообще смотрел вверх, как будто любовался далекой горной вершиной, и это занятие его полностью поглотило. Англичане остановились, не доехав несколько метров, в полной нерешительности, даже Тейлор выглядел растерянным. И тут от свиты царского советника отделился шустрый паренек на пегой лошадке. Он подъехал вплотную к гостям и без предисловий спросил:
– Кто тут толмач?
