А «ублюдков» было много. Для встречи будущей королевы было выделено десять карет, которые сопровождала рота кавалеристов в новеньких коричневых мундирах со сверкающими погонами и пуговицами. Весь этот кортеж вызывал у кабрийцев бурный восторг; в маленьких городах и деревнях, через которые проезжала торжественная процессия, взлетали в воздух шапки и цветы. Искренней была эта радость или нет — но люди старались. Новость о мероприятии разлетелась по Кабрии всего за неделю, как и якобы предшествующие ему события, тщательно продуманные Макорой и Панго. Новые и новые люди запрягали лошадей, чтобы тоже отправиться в путь и поприветствовать «маркизу Инильту» — именно под этим именем здесь знали Инерру, и искренне считали её супругой государя, с которой тот обвенчался тайным браком… и это тоже было нормально. Не аморально, не подозрительно. Всё, что делал Панго, не могло поддаваться критике.
Элья представила, что Инерру ещё придётся везти обратно, и устало прикрыла глаза. Скорей бы пережить этот день, скорей бы всё закончилось…
Они остановились у маленького белоснежного особняка, окружённого тенистым садиком. На ветках алели яблоки, из густой листвы выглядывали пыльно-синие носы слив… Место было таким уютным, что у Эльи защемило в груди. Это было воплощение её несбывшихся тайных мечтаний: свободные от выступлений дни она непременно проводила бы с семьёй в таком вот домике. Поутру собирала бы яблоки в плетёную корзину… Потом возвращалась бы в Аасту и угощала всех… Ах, как было бы волшебно!..
По всей видимости, Инерра тоже мечтала о чём-то подобном — и получила сбывшуюся сказку. И даже жила в ней какое-то время… Только теперь ей зачем все эти богатства? Разве она может есть фрукты, разве она в состоянии оценить воздушность постройки — все эти крохотные балкончики, резные наличники?.. Если верить храмовым проповедникам, даже Халитху не способен вернуть душу в её земную оболочку, особенно если тело уже было похоронено, и Элья сомневалась, что это удалось сделать Макоре. Хотя, вероятно, мастерство колдуньи поможет будущей королеве более-менее нормально выглядеть и даже разговаривать, но суть же от этого не изменится.
Однако реальность настолько превзошла все ожидания, что Элья какое-то время не верила, что Инерра действительно умерла. Увидев светловолосую молодую женщину в струящемся белом платье, которая легко вышла за ворота с небольшим саквояжем в руках и приветливо улыбнулась прибывшим, Элья подумала, что возлюбленная принца просто пряталась где-то, а слухи о её смерти были всего лишь слухами…
Но шрамы от хлыста тарраганы дали о себе знать так внезапно и болезненно, что Элья едва не вскрикнула. Макора, стоявшая рядом, заметила, что девушка резко втянула носом воздух, и негромко сказала:
— Мне пришлось наложить множество заклинаний, которые отталкивают тёмные сущности, иначе бы нашу будущую королеву уже растащили на куски кладбищенские гули. Возможно, сидящей в тебе нежити эти чары тоже не нравятся…
— Но амулет… — выдохнула Элья.
— Амулет помогает тебе не чувствовать твою «тьму». Но она всё равно остаётся внутри и реагирует — а лишить твою спину чувствительности он тем более не способен.
Макора поприветствовала Инерру лёгким поклоном и провела её вдоль выстроившихся в ряд придворных, представляя их будущей королеве. Когда супруга государя оказалась перед Эльей и девушка увидела её лицо вблизи…
Оно потом снилось ей в страшных снах, это лицо. Глаза, которые смотрят как будто на тебя, а как будто и нет, так неестественно двигаясь в глазницах и так несвоевременно замирая, что сразу понятно — это всё иллюзия, это искусственность, чудовищность! Странная, словно плохо натянутая на лицо кожа — розовая, как у куклы, но по-старушечьи дряблая… нет, не по-старушечьи, у стариков кожа ещё живёт. А здесь тлен, тлен… И запах. Дорогой парфюм, в общем, надёжно маскировал сладковатый душок — однако недостаточно надёжно для Эльи, которая, на свою беду, с детства обладала тонким обонянием.
Но она опустила глаза и присела в почтительном реверансе. Это не навсегда, это закончится… Она расскажет обо всём в шифрованной записке, все будут знать, кого Панго задумал посадить на татарэтский трон. Эрест и Дертоль не допустят этого, никогда, ни за что…
Макора проводила Инерру к самой нарядной карете — той, в которой они вдвоём должны были ехать в Сакта-Кей. Сегодня колдунья была в чёрном, и Элье померещилась в их бело-чёрной паре какая-то театральность.
Элья осталась с двумя служанками. Те сразу начали обсуждать, насколько очаровательную супругу подобрал себе государь: как она мила, как красива… А какая романтичная история про тайный брак! Кто бы мог подумать… Им даже в голову не приходило сопоставить известную сплетню об Инерре с появлением безвестной Инильты, которой был внезапно дарован титул иланской маркизы. Но то, что они принимали весь этот бред за чистую монету, было ещё полбеды.
«Неужели они не видят, что это живой труп? — недоумевала про себя Элья. — Неужели не видят её мёртвых глаз, ненатуральности её кожи, неужели не чувствуют…»
