— Делать мне нечего — с какими-то оборванцами общаться?
На Элью словно вылили ушат ледяной воды. Конечно, Дерберт не мог ничего передать Макоре. Королева тем более.
Оставались девочки.
— Я, конечно, понимаю, дело молодое, — сказала Макора, — но ты должна была быть вдвойне, втройне осторожна!..
— Да не было у нас с ним ничего! Он потому и стал ко мне лезть, чтобы…
— Не ври. Я знаю, что ты покидала дворец ночью, причём ходила ты именно к нему. Да, — Макора правильно истолковала взгляд Эльи на собственную грудь, — я могу настроиться на амулет и с помощью карты узнать твоё местонахождение. Дополнительное свойство, так сказать. Обычно, чтобы, например, поговорить через зеркало, я настраиваюсь только на место, где, возможно, находится человек, что не очень удобно — в твоём случае удалось решить вопрос… Так что не надо мне вешать лапшу на уши и говорить, будто ты, как приличная девочка, сидела дома!
— Ну да, не сидела. — Элья пожала плечами. — Он собирался написать мой портрет.
— Ночью?
— У меня слишком плотный график, госпожа Макора.
— И ты серьёзно думала, что он будет его писать?
— Я допускала разное развитие событий. Дерберт был мне в некотором роде симпатичен… Однако он оказался слишком… одним словом, он вёл себя отвратительно, и я сбежала спустя две минуты после того, как вошла.
— Увы, Элья. Но весь дворец теперь обсуждает твои шашни с нищим художником.
Элья снесла и этот удар, хоть и понимала, что источником сплетен тоже могли послужить только её девочки.
— Завтра же ты уезжаешь в Рагир. Будешь помогать Жерре. И помни — я могу в любой момент узнать, где ты.
— А я могу в любой момент снять амулет!
Макора улыбнулась:
— Ну, попробуй.
Элья прикусила губу, стараясь сдержать слёзы, и, развернувшись, направилась было к двери — но запуталась в уплотнившемся воздухе, как муха в паутине. Пространство исказилось, контуры расплылись.
Смех Макоры расплескался вокруг, отражаясь от невидимых стен, загремел со всех сторон.
— Что, не получилось гордо уйти, хлопнув дверью? Скажу тебе по секрету, ты и дверь не смогла бы открыть…
И — снова очень близко — прозвучал мучительный крик человека из пыточной камеры Скарифа.
Элья, начиная паниковать, дёрнулась назад, но паутина не пускала.
— Освободите меня, пожалуйста, — нервно попросила она и сама себя не услышала.
— Освободить тебя? — издевательски протянула Макора. Её голос вдруг наполнился такой мощью, что заглушил очередной вопль несчастного торговца. — А зачем? Зачем ты мне сдалась, Элья? Какой от тебя толк теперь?..
Элья чуть было не начала заверять колдунью, что сделает всё, что та попросит, только пожалуйста, пусть под ногами снова будет твёрдая земля, пусть она снова обретёт контроль над собственным телом…
Но вдруг осознала, что именно этого Макора и добивается.
— А что, от меня больше толка, когда я вишу между небом и землёй? Вы просто хотите меня напугать. Зачем? Вы же знаете, я и так поеду в Рагир. Деваться мне всё равно больше некуда. Чего вы добиваетесь?
— Я просто хочу, чтобы знала, что когда работаешь со мной, лучше не совершать промахов. Я всегда жалела тебя. Думала, ты ещё маленькая. Думала, что ты для меня родной человек, потому что мы с тобой из одного Клана… Но тебе ведь плевать на меня, Элья. Тебе будет плевать, если я исчезну из твоей жизни уже завтра… А если так, то зачем мне о тебе заботиться? Ведь в действительности ты мне, по большому счёту, никто… Значит, ты будешь расплачиваться за свои ошибки так же, как остальные. Следовательно, возрастёт вероятность, что ты не совершишь новых ошибок… Как удачно ты попала в моё заклинание и зависла между мирами. Мне и думать не пришлось, как тебя проучить…
Ну конечно. Следовало предугадать, что это заклинание искажает не звуки, а пространство.
— Повиси здесь немножко, — проговорила колдунья, — и осознай, кто ты есть. Осознай, что ты — всего лишь букашка, которой я пока позволяю существовать.
— Я всё понимаю! Вы просто теряете время!! — Элья занервничала ещё больше, словно зная, что Макора не ответит ей.
Так и оказалось — колдунья, по всей видимости, ушла, оставив девушку болтаться между мирами. Вопли торговца, к счастью, тоже затихли.
«Ничего, — подумала Элья, — это ненадолго… она не может оставить меня здесь надолго…»
***
Макора вызволила Элью через полтора часа. Пленница рухнула на колени, тяжело дыша, и первое время не могла сообразить, где она находится. Всё тело болело, как будто его долго били палками, к горлу подступала тошнота. И это не говоря уже о том, что хотелось в туалет.
Кто-то подхватил Элью под мышки и рывком поднял на ноги.
— У тебя четверть часа на сборы, — сказала стоявшая перед ней Макора. — А потом чтобы духу твоего здесь не было. И не надейся на экипаж — в Рагир поедешь за свой счёт или пойдёшь пешком. А сбежать по дороге даже не думай. Впрочем, я надеюсь, ты уже уяснила возможные последствия своих легкомысленных поступков.
Её вытащили на лестницу, и дверь захлопнулась за спиной.
