Подъем закончился, и Арко тяжело перевалился через край обрыва, перевернулся на спину. Твою светлость, неужели все?! Он лежал, чувствуя лопатками восхитительно твердую землю, мелкие камешки впивались в кожу. Капли дождя, бившие по лицу, казались совсем горячими.
Получилось… Все-таки получилось! А он ведь знал, что получится, Арко всегда любил воду. Не просто любил – понимал, чувствовал. Сольгре говорит, что хоть маги рода Сигвальдов и считаются огненными, в родословной у них затесался кто-то из водных. В архивах почему-то об этом не упоминалось, но Арко знал, что наставник прав: взялись же откуда-то прозрачно-голубые сполохи в его обличии! И у отца тоже…
– …лись! Шевелись, говорю, придурок! Остатки мозгов отморозишь!
Конец веревки с тяжелым узлом плеснул по грязи совсем рядом с его головой и скрылся из виду.
– Фениксовы перья, да держи ты ее! Ну?!
Узел опять мелькнул перед глазами, и на этот раз Арко его все-таки перехватил. Твою светлость, каким чужим и неповоротливым было собственное тело!.. Он тяжело поднялся и побрел к заранее присмотренному ракитнику – ствол тонковат, но должен выдержать. Несколько раз обернул веревку, специальным образом меняя направление, чтобы выбрать слабину. Сольгре научил… Закрепил и, опустившись на землю, наконец позволил себе забыться.
В себя пришел от боли. Как всегда бывает после холода, мышцы выкручивало и жгло. Отвратительно пахло альдорской. Кто-то прижимал к губам прохладное горлышко фляги – пришлось отпить. Твою светлость, какая же дрянь…
– Тэйм? – имя вырвалось против воли, и сразу за этим пришло понимание. Разумеется, это не Амат – его рядом нет и не будет.
Юноша кое-как разлепил ресницы и сумел угадать в расплывающемся светлом пятне лицо эверранского принца.
– Вот то ли плетей тебе всыпать за самоуправство, то ли к награде представить! – Альвир вцепился ему в запястье и силком вздернул на ноги.
– Как будет угодно его высочеству.
Должно было прозвучать равнодушно, с достоинством, а вышел какой-то невнятный сип. Принц окинул неожиданно сочувственным взглядом, и от этого стало совсем дурно.
– Ты знаешь что?.. Давай защищайся!
Арко хотел переспросить: решил, что ослышался, но принц ударил в лицо, и пришлось уворачиваться. Он бил нарочито медленно и слабо, скорее, даже обозначал удары, чем действительно бил, но это все равно было невероятно тяжело. Твою светлость, никогда Сигвальд не чувствовал себя настолько беспомощным, одеревеневшие мускулы сначала вовсе отказывались повиноваться.
Потом пошло веселее. Альвир немного ускорился, да и действовать начал куда разнообразней. Сбоку в печень, прямой в лицо, коленом в подбородок… Волшебник даже проникся к нему невольным уважением: техника у черно-серебряного оказалась безупречной, что среди дворян в Новом Эверране большая редкость. В отличие от благородного искусства владения мечом, кулачный бой у них не в чести: подобные занятия равняют их с отребьем. А учитывая, что большая часть новопровозглашенных господ отребье и есть, они всеми силами подчеркивают свой новый статус.
Сигвальды по понятным причинам подобных предрассудков не имели, так что Арко учили драться и без оружия.
– Эй, а ты чего не отвечаешь? – принц сократил дистанцию, навязывая противнику борьбу.
Что ж, если он настаивает…
Альвир был куда массивней, так что бороться с ним Арко не стал – отпрыгнул на шаг и принялся доставать оппонента ударами.
Твою светлость, и как принцу это удается?.. Он словно мысли читает и знает, куда Сигвальд станет бить в следующий раз. На обманки он не отвлекался: даже не шелохнулся ни разу, не попытался закрыться… Невероятно! Зато на настоящие атаки реагировал мгновенно, уходил от них легко, походя. Жаль, это не тренировка даже, а так… Арко вдруг стало бесовски важно знать: сумел бы он достать принца, если бы дрались всерьез? Он против воли любовался легкостью, с которой двигается противник. И ни одного лишнего движения! Сольгре как-то сказал, что настоящее искусство заключается не в том, чтобы освоить как можно больше сложных движений и комбинаций, а в том, чтобы не совершать лишних. Если так, то принц был мастером. Настолько лаконично и просто!..
Бес его знает, сколько времени Арко вот так пробовал на прочность защиту черно-серебряного. Тот первым остановился и вскинул ладони.
– Хорош. Ну как, согрелся?
Волшебник утвердительно кивнул и перевел дух, отбросил назад слипшиеся волосы. Это стало ошибкой…
– Это… это как же?.. – принц по-детски растеряно уставился на Сигвальда.
Понятно, значит, заметил. Твою светлость, специально же камизу не снимал! Разорвалась, что ли?.. Проклятье! Идиоту ясно, что рана, оставившая такой шрам, должна была стать смертельной в любом случае. Любом, кроме одного…
Ладно, не впервой, он знал, что надо говорить.
– Это было давно, мне только исполнилось семь. Тогда магию еще не запретили.
От пристального взгляда ключица будто по новой начинала ныть. Захотелось спешно поправить воротник, но Арко удержался.
– И как же ты в семь лет умудрился попасть под меч?
– Разбойники, – коротко соврал он.
