- Да. Он сказал.
- Вот и прикинь, как из-за меня он... - Ян запнулся. - Получается, что это я его развратил, блин. Подтолкнул к такому сексу. Он ведь до этого про парней и не думал, Дин.
Я не знал, что на это ответить, не знал, как его успокоить. Нечем было.
- Да, я знаю, как он сейчас обижен. Я повёл себя как ублюдок по отношению к нему. А если бы он на самом деле был в тебя влюблён, а я вот так...
- Нет, Ян. Этого нет. Другое тут, ты же понимаешь. Тут с тобой всё связано, с вашими отношениями. Всё будет хорошо. Поговорите, он тебя поймёт и простит, слышишь?
Ян кивнул.
- Я действительно хочу, чтобы он меня понял, Дин.
- Он поймет. Попсихует, повыпендривается для вида и простит. Нужно немного времени, Ян.
В тот вечер мы, ещё посидев вместе примерно час, разъехались по домам. Ян спешил домой, надеясь, что Свят уже вернулся, и что они смогут нормально поговорить.
Я прекрасно понимал его тревогу, желание скорее объясниться, но чувствовал, что так быстро не получится, хотя и пытался успокоить Яна. Да, я чувствовал, что примирение не будет быстрым, но никак не мог предположить, что оно окажется настолько долгим.
В тот же вечер, около двенадцати, Ян мне позвонил. Я ответил с замирающим сердцем, не зная, чего ждать от этого звонка.
- Он не пришёл домой, Дин. Позвонил маме полчаса назад, сказал, чтобы она не волновалась, что будет на квартире, ну, на второй, в нашем доме. Он не хочет меня видеть, не хочет! И ещё мама сказала, что он, судя по голосу, почти пьяный.
Ян был очень взволнован. Я успокоил его, как мог, сказал, что если Свят позвонил, то всё нормально. Даже если и выпил немного, ничего страшного, тем более, что он не шляется непонятно где, а уже вернулся, пусть и не к себе домой. Но всё это было только начало. Начало нервотрепки - для нас обоих. Хотя, конечно, это было нелегко и для Свята. В этом, за всё время отчуждения, не сомневался ни я, ни Мозаик.
Свят оказался очень упрямым, зараза. Таким упрямым, что в течение следующих трех недель сводил с ума, и своего брата, и меня заодно с ним, своим упорным нежеланием не просто мириться, а даже идти на контакт. Это было не очень весело, хочу я вам сказать. Он игнорировал Яна полностью. Дома, в школе, везде. Этот гад его просто не замечал. Как выразился Ян, рядом с братом он начал себя чувствовать назойливой галлюцинацией.
- Он смотрит мимо меня, понимаешь? Смотрит сквозь меня, сука! Как через стекло. Он не хочет меня замечать!
Да, я видел, что это было именно так. Он не прогонял Яна, нет. Он просто ничего не отвечал ему на вопросы, даже промолчал тогда, когда через пару дней дома, на кухне, Ян не выдержал и, вцепившись ему в рукав, рванул на себя, матерясь и прося, чтобы он хоть как-то ответил. Бесполезно. Свят просто освободил руку и ушел.
- Бля, видел бы ты его глаза, когда он на меня глянул! Мне показалось, что он посмотрел на меня, как на букашку! Маленькую и ничтожную, которая не заслужила и капельки внимания. Знаешь, мне хотелось, чтобы он меня избил, - пожаловался тогда Ян. - Ну, пусть бы так, понимаешь? Все, что угодно, только не это равнодушие.
А я ответил, что потом бы убил его. Ян заскулил и прижался лбом к моему плечу.
- Я ненавижу его, Дин. Ненавижу! Только пусть он меня простит, а?
Мне тогда реветь хотелось, а ещё убить упрямого твинса. Несмотря на то, что я осознавал, что слова о ненависти были лишь словами, я же понимал, как херово у него на душе. Свят действительно сводил брата с ума.
Не легче было и мне. По крайней мере, я так думаю. Было больно видеть эту беспросветную тоску в глазах Мозаика. Она мне душу сминала, как клочок бумаги в кулаке.
Как Свят вёл себя со мной? На четвертый день ссоры, в школе, когда я подошел к нему и попытался открыть рот, он взял меня за руку и тихо, но очень внятно и доходчиво сказал:
- Одно слово о Яне, и я уйду.
- Свят, ну нельзя же так! - простонал я. - Ему же херово.
Он отпустил меня, усмехнулся и ушёл.
Я не мог ничем им помочь, вот это и убивало. Свят не отвечал на звонки, ни мои, ни Яна. Он почти не бывал дома, то пропадал где-то, то был на второй квартире. Он делал всё, чтобы видеть брата как можно реже, а когда всё-таки бывал дома, то, как я уже говорил, просто не обращал внимания на своего близнеца.
- Дин, ты посмотри, он же, бля, скоро исчезнет, похудел. Ну, что он жрёт-то? Дома и не бывает практически. Мама тоже не понимает ничего, а что я ей объяснить могу? - Ян стонал от всего этого.
Ему так хотелось быть сильным в этой ситуации, но он не мог. Не мог заставить брата общаться. Да, я тоже заметил, как Свят осунулся, и, наверное, это видели все вокруг. Нет, он не перестал быть таким, как раньше. Со всеми, кроме брата. Он общался, балагурил и был душой компании. Даже меня подъёбывал не раз за это время. Но я бы многое отдал за то, чтобы он перестал игнорировать Яна.
