«Уговор» означал попросту «желание». Обычно всё сводилось к какой-нибудь мелкой услуге. Риккен, по словам Инни, всегда всех обыгрывала — как и в этот раз.
Эль-Неренн взглянула в лицо «молчуньи».
— Что я должна сделать?
Риккен долго думала, улыбнулась и встала.
— Я скажу. В другой раз. Не бойся, ничего страшного.
— Ньер, не хочешь попробовать? — Мегин кивнула в сторону собранного пейзажа — фрагменты успели срастись в единое целое.
Эль-Неренн отрицательно покачала головой. Риккен явно стало лучше оттого, что она победила. Пусть ей и будет лучше.
— Жаль, — Мегин погрустнела. — Ну ладно. Тогда я пошла.
Проходя мимо Мейсте, Мегин протянула руку и погладила того по щеке. Мейсте вздрогнул, опустил голову. Едва лишь Мегин скрылась за дверью, как парень тоже покинул зал — через ту же дверь.
— С тобой всё хорошо? — спросила Асетт, глядя вопросительно на эль-Неренн. Та кивнула.
— Тогда спокойной ночи, — кухарка медленно встала.
Риккен тоже пожелала спокойной ночи и, вместе с Асетт, покинула общий зал.
Эль-Неренн задержалась. Походила по залу, глядя на картины. Ощущения от взгляда на них были не такими сильными, как там, в комнате. Посмотрела на собранную головоломку, спрятала её в коробку, где лежали остальные такие же и направилась к себе. Стоило раздеться и лечь, как моментально заснула.
Ночь выдалась спокойной — ни одного вызова. Когда Хейнрит не донимал эль-Неренн неожиданными желаниями, это делал сын Райвин. Но сегодня и он не потревожил. Как хорошо…
Эль-Неренн вскочила на ноги и первым делом подошла к зеркалу. Никаких точек. Отражение как отражение. В глаза смотреть не стала.
Картина тоже не вызывала никаких ощущений. Ну совсем никаких. И почему вчера показалось, что автор её прибыл на одном из кораблей?
Эль-Неренн открыла тот самый том энциклопедии, ту самую страницу. Разумеется, буквы не стремились никуда сдвигаться, изменяться… всё-таки это последствия короткого свидания с луной. Не более того. Девушка хотела уже бросить том на кровать (настроение испортилось… ведь всё было лишь плодом воображения), но…
Строки. Те, в которые превратились буквы. Они не возникли перед взглядом, но просто пришли на ум. Интересно…
Вторая книга — тот самый сборник стихотворений. Эль-Неренн открыла его на той же странице и всмотрелась в текст на Старом Ронно. Смотрела долго, уже собралась отложить книгу и…
Слова пришли. Просто возникли из ниоткуда, пришли на ум. «Люди-призраки, как вы медлительны…»
— Это всё-таки было, — произнесла эль-Неренн. Голос тоже стал обычным. Никакого призвука «серебра». — Это было.
Надо посмотреть на другие книжки. А пока что — умыться и идти завтракать. Асетт встаёт рано, можно будет вернуться к себе в комнату — если не будет поручений.
На столике у кровати, рядом с часами, стояла бутылочка. Тот самый настой. Бутылочка была наполовину пустой.
— Это что, всё я? — ошеломлённо спросила эль-Неренн, обращаясь к самой себе. Вроде бы выпила столовую ложку — Мегин налила — да потом отхлебнула. Один маленький глоток.
Но выпито было больше, намного больше.
Эль-Неренн взяла бутылочку, открыла. Поднесла к губам, сделала глоток…
Закашлялась, бросилась в ванную комнату. Стошнить не стошнило, но могло. Какая гадость! Запила водой, долго полоскала рот. Ужас… Вернулась в комнату.
Отражение. Эль-Неренн присмотрелась, вздрогнула. Подбежала к шторам, задёрнула их. Вернулась к зеркалу.
Точки. Видны. Очень слабо, но видны. Всё те же, всё там же. Эль-Неренн подошла к картине. Долго смотрела, то подходя, то отступая. И верно — вновь пришла уверенность, что автор прибыл на среднем корабле. Не такая сильная, как вчера, но ясная уверенность.
Вот как. Надо будет посмотреть на другие книги, на другие картины! И спросить у врача, не опасно ли пить настой в таких количествах. Там явно что-то есть — ведь раньше ничего подобного не происходило. Не иначе, слабый наркотик. А жаль… так всё интересно! Эль-Неренн вздохнула, отвернулась от зеркала и принялась одеваться.
Работа нашлась. Та, которой занималась Мегин. Судомойка не явилась в обычное время — хотя всегда вставала рано. Асетт это ничуть не встревожило. Два часа спустя, когда и прислуга, и хозяева закончили завтрак, и с посудой было закончено, эль-Неренн рискнула подойти к врачу.
Хантвин встретил её улыбкой. Он редко говорил с прислугой, но обращался со всеми ними, как с равными. К неудовольствию Леронн.
— Да,
Если бы Леронн была рядом…
— Настой, — эль-Неренн не сразу смогла начать. — Тот, который… который нужно пить, когда…
Врач кивнул.
— Да, конечно. Кончился?
Эль-Неренн кивнула.
Врач открыл шкафчик. На средней полке стояло пять бутылочек — две покрупнее, три поменьше.
— И… сколько можно взять?
— Да хоть все, — врач рассмеялся. — Мегин сейчас привезёт ещё, я направил её в аптеку. Понравилось?
— Нет, гадость, — возразила эль-Неренн. Для разнообразия сказать правду. — Но мне после него стало лучше. И вчера, и сегодня.
Врач кивнул.
— Да, правильно. Только не пейте больше двух столовых ложек в день. Если хоть что-то будет не так — немедленно прекращайте пить и скажите мне. Я подыщу замену.
