Технологии выращивания основы и её программирование доводились до ума выжившими женщинами-учёными уже после всемирной пандемии Вируса и завершилось всё при Александре Ярой — дочке Ольги Ярой и бабке нынешней государыни.
Появление нового материала с такими необычными возможностями произвело фурор во всём мире. Различные «международные партнёры» стали требовать от страны и лично от государыни продать, а то и безвозмездно поделиться разработанной технологией (особенно настаивала на этом Англия).
На что Русь ответила твёрдым отказом и встречным предложением покупать у неё готовую продукцию, адаптированную под любые требования заказчика. Многие страны согласились и заключили двусторонние международные договоры на поставку ПИКомов или их исходного материала. Как оказалось, материал основы можно использовать и без повторного программирования, как беспроводной дистанционный приёмник-передатчик электрической энергии малой мощности.
Не удовлетворились полученным ответом и предложением всегда враждебная нам и блюдущая только свои мировые интересы Англия и дружественная в моё время, а сейчас почему-то ненавидящая Русь, Польша.
Производство основы для ПИКомов в то время находилось в окрестностях Санкт-Петербурга, в который однажды утром с трёхдневной экскурсионной программой прибыла большая группа ярко одетых туристок с польскими паспортами. За два дня громко говорящие почему-то на английском языке любопытные женщины в сопровождении экскурсовода успели посетить многие достопримечательности культурной столицы Руси.
Но видимо до конца своё любопытство они не удовлетворили, поскольку в последнюю перед отбытием ночь очень тихо и совершенно инкогнито отправились на осмотр ещё одной достопримечательности, на сей раз совсем не культурной, а промышленной, коей совершенно случайно оказалась фабрика по производству основы для ПИКомов. А чтобы ночная экскурсия не казалась такой страшной (ведь направлялись они на неё без всезнающего экскурсовода), прихватили с собой по сумке разного оружия, найденного так же случайно в загородном тайнике, оборудованном, как позже выяснилось, польскими сообщницами.
Не ожидавшая или просто проспавшая коварное ночное нападение охрана предприятия не смогла противостоять специально подготовленной и натасканной на это дело диверсионно-разведывательной группе, успешно выполнившей поставленную перед ней английскими партией и правительством задачу. Тихо и почти полностью уничтожив охрану (уцелели две охранницы, патрулировавшие дальнюю часть предприятия и просто не знавшие о творившемся безобразии) и попавшийся на пути немногочисленный дежурный персонал фабрики, диверсантки выкрали всю технологическую документацию и образцы, и, прихватив с собой одну из учёных, оставшуюся зачем-то в ту ночь на производстве, быстренько направились на эвакуацию.
Именно в этот момент расслабившихся англичанок атаковали вернувшиеся к основному входу на предприятие и заметившие неладное оставшиеся сотрудницы охраны. Вызвав на помощь полицию, они открыли огонь из табельного оружия, сходу уничтожив двух и ранив одну из террористок.
Но, несмотря на внезапность пропущенной атаки, никакой паники среди иностранных военных профессионалок не случилось и, быстро сориентировавшись, ответным огнём русское сопротивление было подавлено. Получив множественные ранения наши дамы сумели забаррикадироваться в здании охраны, но вести беспокоящий огонь не прекратили. А вскоре послышались сирены спешащих на помощь экипажей полиции.
В итоге, бросив своих убитых, диверсантки спешно погрузились в припаркованный недалеко бронированный автомобиль, и рванули по дороге в сторону пограничного русско-польского таможенного перехода. Во время их преследования и прорыва через границу были расстреляны несколько полицейских машин и убиты пограничницы таможенной службы, безуспешно попытавшиеся остановить рвущуюся из страны машину. Дальнейшему преследованию помешали польские пограничницы, беспрепятственно пропустившие авт
Русское правительство среагировало быстро, но, как говорится, поздно. После проведенного по горячим следам расследования, были выдвинуты дипломатические претензии английской и польской сторонам.
Представительницы английского посольства попробовали что-то высокомерно возражать о непричастности своей страны к произошедшему в Петербурге, но предъявленные, опознанные к тому времени, тела убитых диверсанток вместе с другими обнаруженными вещественными доказательствами заткнули им рты. Молчанием они и ограничились в дальнейшем, даже не придумав какое-нибудь внятное оправдание.
