– Я бы сказал… – он потер висок пальцем, подбирая слово. – Я бы сказал, что это место напоминает мусорное ведро, но навигатор говорит, что это улица Золотого карпа. Похоже, карп уже с душком! – Пропустив два медленных автобуса и дюжину машин, плетущуюся за ними, Сэм наконец двинулся вперед. – Как бы я на месте, но у меня другой план.
– Припаркуйся где-нибудь неподалеку, – посоветовал Брайан. Его голос искажал динамик телефона. Колеса запрыгали по ухабам, машина задрожала. – И не слишком далеко, как ты любишь. А то пока дойдешь обратно – вспотеешь.
Сэм громко рассмеялся, аккуратно объезжая самые глубокие ямы.
– Нет, я серьезно, – сказал он, рассматривая дома и дырявые крыши. – Ужасное местечко.
– А ты знал, что Уилл специально не стал просить помощи? Он назвал тебя сукой выделистой… – Сэм снова громко рассмеялся, запрокидывая голову, но Брайан закончил, слегка повысив голос: – И сказал, что легче с пьяным договориться, чем с тобой. Видишь, и Уилл тебе не доверяет.
Когда Сэм успокоился и вытер слезы, он ощутил внутреннюю разрядку.
Машины вокруг ехали ужасно медленно. Сэм чувствовал, как ноги сами тянутся нажать на педаль, как пальцы сами сжимаются на рычаге передач.
Но нужно ждать.
«Он и сейчас на месте. Этот мафиозный тип никуда не умотал. Екатерина проверила».
Бросив взгляд на часы на панели, Сэм поджал губы.
Он успевает.
– Пусть теперь свои яйца бережет.
Пауза между его ответом и словами Брайана получилась совсем небольшая, но Сэму казалось – время тянется непозволительно медленно.
Брайан коротко хохотнул.
– Передам, не волнуйся.
– Ладно, до связи, Брай. Удачи в поиске этого мудилы!
– Спасибо! Свет и холод22, Сэм. – На этот раз голос Брайана звучал очень серьезно. И Сэм перестал улыбаться, крепко вжав пальцы в руль. – Свет и холод: помни.
– Да. – Его взгляд зацепился за надпись на окне пустующего здания – «ЗАВТРА НЕ БУДЕТ».
«Весело тут у них».
В салоне машины стало невообразимо тихо. Сэм прибавил громкость, и музыка заиграла, уводя его мысли от переживаний.
Он припарковал машину в переулке, спрятав от чужих глаз. Заглушил двигатель, тяжело выдохнул и прижал затылок к подголовнику, закрыв глаза. Пальцы на руле разжались, и руки упали на колени. В полной тишине он вдруг понял, что снова стоит на перепутье: между здравомыслием и безысходностью. И второе кричало в нем куда сильней и тянуло на себя. Здравомыслие для Сэма уже давно утратило прямое значение и стало просто словом. И он этим не гордился.
Сэм выключил мини-станцию, чтобы она не привлекала других людей. Хитрый и продуманный народ везде имеется, несмотря на все запреты. Станция лежала на пассажирском сиденье. Сэм накрал ее автомобильным журналом, который забыл Брайан после посещения выставки новых моделей. Сэм знал, что на те машины у него не хватит денег, но Брайан оптимистично смотрел в будущее. Мини-станция была похожа на старый магнитофон, была увесистой и неудобной.
Достав из бардачка пистолет Супора23 и дополнительные обоймы, Сэм запрятал его за пояс, обоймы распределил по карманам. Убрал боевые ножи в ножны, прицепленные на щиколотке. Положил фонарик в карман толстовки – на всякий случай. Обернувшись, он посмотрел на лук, лежащий на сиденье. В этот раз его не получится взять с собой, хотя очень хотелось. Сэм скользнул взглядом по туго натянутой тетиве – и ножа порой не надо, она запросто разрезала демонов на части. Сев прямо, Сэм глубоко вздохнул.
Он волновался. Сейчас он был один, без друга: Брайан занят очередным поиском отчима по притонам. Отчим был ужасным человеком, а мать Брайана его сильно любила: родила ему двоих детей и разорвала все контакты, которые выстроил ныне покойный отец Брайана. Он работал в Кленовом Доме на должности слушателя народа и являлся другом отца Сэма. Его убили, и жизнь Брайана изменилась. Он перестал быть любимым и желанным сыном в этом доме. И дом для Брайана перестал быть любимым и желанным. Изредка он навещал близнецов и маму. С отчимом отношения так и не сложились, а когда Брайан попытался урезонить его, мать устроила дикую истерику. При этом каждый раз, когда отчим пропадал на неделю, а то и больше, она звонила Брайану и грозилась, что покончит с собой, если он не поможет его найти и раздать долги за алкоголь, наркотики и карточные игры. Друзья всегда помогали Брайану – в поисках и деньгами. Но Брайан чувствовал – он на грани.
Солнечный свет блеснул на подвеске, что свисала с зеркала заднего вида. Стеклянный крест, заполненный святой водой. Екатерина утверждала, что он поможет лучше контролировать себя. Сэм пока в этом не убедился.
Он выбрался из машины.
Солнце. Сегодня его было слишком много, – настолько много, что сам воздух, морозный и чистый, был пропитан его лучами. Они не грели, а только болезненно резали глаза, отражаясь от любых поверхностей.
Сэм сделал вдох всей грудью и с восторгом ощутил морозную свежесть этого ледяного дня. Кожу тут же покрыли крупные мурашки. Он выдохнул; полупрозрачное облачко у лица быстро растворилось. Захлопнув дверь машины, Сэм поежился от холода и настороженно огляделся.
