О, ну и дела, как… предусмотрительно?
Но уединённость означала, что у Лиллианы будет больше шансов уговорить Ф лейл, не делать этого. Не то чтобы Флейл была разумной или что-то в этом роде, но если бы она сказала правду о ребёнке, возможно, ей хватило бы сочувствия, чтобы поддаться уговорам. Возможно, это глупая мысль, но в тот момент Лиллиана была в отчаянии.
— Если ты так ставишь вопрос, полагаю, уединение было бы кстати, — сказала она, мрачно усмехнувшись, когда Флейл растерянно оглянулась. Что? Лиллиане нельзя было быть саркастичной и вежливой в свои последние минуты?
Она позволила Флейл вести себя, как собаку на поводке, пока они не дошли до какого-то сада. Он был прекрасен в своей жуткой, пугающей красоте. Все растения были либо чёрными, либо опасными: от цветущих по ночам роз с тёмно-зелёными стеблями и шелковистыми полуночными цветами до ярко-синих ирисов, которые чернели, когда им хотелось крови.
— Я что, стану пищей для растений? — спросила Лиллиана совершенно серьёзно. Здесь были большие стручки, которые могли переварить её целиком.
Флейл пожала одним худым плечом.
— Не — а. Я просто подумала, что если мне придётся снимать на видео, как я тебя убиваю, то лучше сделать это в драматичной обстановке. Трагическое великолепие резни в прекрасном саду и всё такое. Кучка демонов, дрочащих на твою боль, — это как-то пошло, понимаешь?
— Конечно, конечно, — сказала Лиллиана, слишком занятая обдумыванием сюжета, чтобы по-настоящему прислушаться. Но суть она уловила. Демоны были отвратительны, а Флейл был подающим надежды режиссёром. Ничто из этого не могло спасти Лиллиану от казни.
Тень скользнула вдоль одной из стен так быстро, что Лиллиана подумала, не привиделось ли ей это. Пока они шли, она запоминала пути и двери и отмечала количество стражников на вершинах стен. Их было много, но, судя по всему, ей не стоило беспокоиться. Их внимание было полностью сосредоточено на чём-то за пределами стен, а горгульи сражались с ужасными хищниками наверху.
Она остановилась, рывком остановив Флейл.
— Что за?..
— Ш-ш-ш, — Лиллиана улыбнулась, услышав звуки далёкой битвы. — Ты слышишь? Это Азагот?
Флейл уронила цепь.
— Оставайся здесь. Она переместилась на вершину стены и оттолкнула стражника в сторону. Поскольку Лиллиана не была идиоткой, она попыталась убежать. К сожалению, Флейл привязал цепь к земле, и она чуть не вывихнула себе плечи.
Тень приблизилась, исчезая из виду, когда Флейл материализовалась и схватила цепь.
— Я не знаю, принадлежит ли эта армия Азаготу или нет, но она большая. Очень большая. И материальная, — она выругалась, по-видимому, обращаясь скорее к себе, чем к Лиллиане. — Молох не был к этому готов. Он думал, что Азагот пошлёт души. Но там миллионы демонов. Сотни миллионов.
Оглушительный грохот озарил небо ярко-красным светом и так сильно сотряс землю, что Лиллиана споткнулась. Камни посыпались со стен вокруг них, сокрушая растения и ломая ветви деревьев. Он здесь. Силы Азагота здесь!
— Это плохо, — пробормотала Флейл, глядя на небо, по которому метались молнии.
Ещё один мощный взрыв сотряс землю, отбросив Лиллиану вперёд, а Флейл отступила назад. Не раздумывая, она просунула руку под плащ Флейл и схватила оружие, спрятанное у неё за спиной. Флейл резко выбросила руку назад, ударив Лиллиану в подбородок с такой силой, что у той лязгнули зубы. Лиллиана отшатнулась и врезалась в растение в горшке, похожее на паука. Она в ужасе наблюдала, как горшок упал на пол и сотни пауков размером с ладонь бросились к ней и Флейл.
Флейл зашипела, пнув одну тварь и раздавив другую ботинком. И как только Лиллиана отскочила от одной из них, с клыков которой капал яд, растворяющий плоть, вся стая исчезла в облаке дыма.
Флейл набросилась на Лиллиану.
— Отдай мне ауриал.
Лиллиана встала за рядом растений с колючими стручками.
— Как думаешь, насколько я глупа?
Флейл повысила голос, чтобы перекричать жуткий шум битвы, которая приближалась.
— Знаешь, я могу убить тебя и без него. — Чтобы подчеркнуть свою мысль, она улыбнулась, и Лиллиана взвизгнула от боли, когда её кожа разошлась в десятке мест, обнажив шестидюймовые порезы, словно от ударов кнута. — Просто это займёт больше времени.
— Флейл, пожалуйста, — сказала Лиллиана, в последний раз пытаясь воззвать к разуму. — Отпусти меня. Молоху не обязательно знать.
— Он узнает, потому что приказал мне принести ему твою голову.
Лиллиана покачала головой, надеясь, что не в последний раз.
— Это не имеет значения. Молох скоро умрёт.
— С чего ты так решила?
Лиллиану охватило мрачное чувство удовлетворения и мести, и она улыбнулась, глядя на один из странных чёрных стручков.
— Потому что Азагот не успокоится, пока он не умрёт. Я обещаю тебе это. Молох — покойник. Он просто ещё этого не знает.
Внезапно Флейл развернулась, прищурившись и оглядываясь по сторонам.
— Здесь что-то есть.
Ладно, если Флейл беспокоится, то и Лиллиана тоже должна. Но по какой-то причине это не имело значения. Наверное, потому что она собиралась умереть, и не имело значения, от руки Флейл или в пасти какого-нибудь злобного монстра.
