Азагот обнаружил, что стоит на подъёмном мосту замка, над которым развевается флаг Молоха, именно там, где он и хотел быть. Демоны толпились, создавая оборону, готовясь к битве. Они не знали, что битва уже началась. Он взмыл в небо, чтобы осмотреть местность. Насколько хватало глаз, независимо от того, как высоко он поднимался, миллиарды демонов были вовлечены в кровавую, жестокую битву. Его армия надвигалась на город волной, которая должна была прибыть через несколько минут. Горгульи, которые веками стояли в виде статуй в его военной комнате, взмыли высоко в небо, а затем резко упали вниз, чтобы скользнуть по верхушке дальней стены по периметру. Лучники Молоха не могли избежать того, что их десятками сбрасывали со стен. Азагот был свободен, и Рай, и Ад скоро узнают, что это значит.
Что-то происходило.
Лиллиана не знала точно, что именно, но в воздухе витало электрическое напряжение, такое сильное, что она ощущала его металлический привкус на языке. Она наблюдала, прикованная к трону из черепов, как демоны ворвались в главный зал Молоха, звеня доспехами и сверкая оружием в мерцающем свете огромного очага. Серокожий демон-носорог едва не задел её булавой, проходя мимо, и она пожалела, что не может испепелить его взглядом. Она также хотела, чтобы её взгляд был лазерным лучом, который мог бы разнести ему череп. Она бы прокляла их всех за то, что они с ней сделали. С Джорни и Мэддоксом. С Фантомом. С её дочерью, которая не должна была остаться без матери.
Она никогда по-настоящему не ценила связь между матерью и ребёнком, но теперь поняла. Боль от такого расставания сильнее всего, что ей приходилось испытывать. Она выходила далеко за рамки физической боли от набухшей груди или ощущения пустоты в животе. Лиллиана даже не знала, всё ли в порядке с ребёнком. Флейл могла солгать.
Кто-то закричал, и она заставила себя на время забыть о своём горе. Скоро придёт время для отчаяния.
Демоны столпились у дверей, но часть из них расступилась, освобождая Флейл путь в дальнюю часть большого зала. Она выглядела готовой к битве: её чёрные как смоль волосы были собраны в хвост, а тело защищала какая-то гибкая чёрная кожаная броня, которая, без сомнения, была намного прочнее, чем казалась. У падших ангелов была привычка изготавливать доспехи из шкур демонов, что давало им различные особые защиты в зависимости от вида демона, которому не повезло лишиться своей шкуры.
— Что происходит? — спросила Лиллиана, когда падший ангел поднялась на платформу, топая сапогами по ступенькам.
— Молох говорит, что нападение Азагота неминуемо, — сказал Флейл, и Лиллиана не смогла сдержать безмолвный возглас: «Да!» — Он готовится к тому, что пара миллионов душ заполонят землю. — Она преодолела последнюю ступеньку, и волосы на затылке Лиллианы встали дыбом. Она не знала почему. Возможно, дело в том, как шла Ф лейл. Или в том, как она смотрела на Лиллиану. Или в выпуклости в форме кинжала под её длинным чёрным плащом. — Похоже, — продолжила Ф лейл, — что Азагот сделал глупый выбор, не освободив Сатану.
Лиллиане хотелось плакать от облегчения и ужаса. Это хорошая новость. Потрясающая новость, которая сохранит все миры почти на тысячу лет. Но это также означало, что она, скорее всего, сейчас умрёт.
А Азагот… как бы он отреагировал на её смерть? Вернулся бы он к тому, каким был до её появления? Сможет ли их дочь в его руках развеять злобу, которая сопровождала его на протяжении тысячелетий?
Опять же, при условии, что Флейл не солгала.
Флейл приблизилась, и Лиллиана инстинктивно потянулась к своей силе. Конечно, она недоступна, и единственным результатом этой попытки стало то, что её крылья запульсировали. С каждым шагом Флейл пульс Лиллианы учащался. Она небрежно поджала под себя ноги и встала, стараясь сделать вид, что ей любопытно происходящее вокруг, хотя на самом деле она лихорадочно придумывала, как дать отпор. Она могла бы использовать оковы в качестве оружия. Цепь хорошо бы обвилась вокруг тонкой шеи Флейл. Но в распоряжении Флейл силы падшего ангела, в то время как Лиллиана была слаба, как человек. Ей пришлось бы действовать быстро, чтобы схватить то, что, как она была уверена, находилось под плащом Флейл.
— Флейл
Флейл огляделась с задумчивым выражением лица.
— М?
— Молох собирается убить меня, да?
— Нет, — сказала она, но облегчение Лиллианы длилось всего мгновение. — Я. — Флейл не смотрела на неё, когда отстёгивала цепь, которая связывала Лиллиану с троном, и резко дёрнула. — Пойдём.
Лиллиана не сдвинулась с места, что было бессмысленно. Флейл могла с такой же лёгкостью убить её здесь, как и где-либо ещё. Возможно, это инстинкт, не позволяющий слепо идти на смерть. Возможно, известная опасность лучше неизвестной. Что бы это ни было, у Флейл не было на это времени, и она дёрнула сильнее, стаскивая Лиллиану с платформы.
— Я должна это заснять, дура, — огрызнулась Ф лейл. — Я думала, может, ты захочешь немного уединения, но если предпочитаешь, чтобы эти подонки смотрели и участвовали, я могу с лёгкостью сделать это здесь.
