Мракобой полностью

Взгляд Тартаковского сделался подозрительным.

— Дело давно уже в суде должно быть! Оно у тебя неделю пылится! Чем ты занимался?

Красивые глазки Наволоцкого забегали.

— Не успеваю я, Ипполит Семеныч!

Убогий, подумал Вершинин. Если б он так вздумал с передачей дел затянуть, его бы Алкоголикова самого в колонию закатала.

Замнача махнул рукой.

— Ладно, покажи товарищу кабинет Гапонова и передай ему дела, которые он вел! Потом с тобой разберемся!

Когда мы вышли в коридор, Наволоцкий лучезарно улыбнулся и произнес только:

— Зверь! Невозможно нормально работать! Пошли!

Мы прошли почти весь коридор и остановились перед кабинетом с пустой табличкой. Наволоцкий вынул из кармана ключ, пояснив:

— Остался от Гапонова. Надо было его на вахту сдать, но я знал, что все равно кого-нибудь пришлют для расследования и оставил его себе!

— А ключ от сейфа тоже оставили? — поинтересовался я.

— А как же! — радостно подтвердил Наволоцкий.

Кабинет оказался без окон. Стол с настольной лампой, несколько стульев. В углу амбарный сейф, на котором сейф поменьше.

— От маленького сейфа где ключи? — спросил я.

— В столе, наверное. Это оружейный сейф, у Гапонова не было оружия.

— Он на задержание без оружия поехал? — удивился я.

Наволоцкий не успел ответить. Дверь без спроса отворилась и в комнату ворвался еще один странный экземпляр. На нем было плотно приталенная светлая сорочка, на ремне брюк ствол в кобуре. Возраст чуть за 30. Наглый взгляд. Короткая стрижка с открытым упрямым лбом.

— Здорово, дамский любимчик! — он тряханул руку Наволоцкого. — А это кто?

— Следователь из Управы! — нехотя произнес Наволоцкий.

— А это кто? — спросил я, не люблю хамов, сам им становлюсь в таких случаях.

— Шебутаев! — Наволоцкий скривился словно от зубной боли. — Опер из убойного отдела МУРа!

— Николай Николаевич! — опер энергично дернул за руку.

— Вы тоже партаками занимались? — спросил я.

— Тут все партаками занимаются! — воскликнул Шебутаев, судя по всему нормальным тоном разговаривать он не умел. — Кроме лодырей вроде Наволоцкого! Когда я стану министром, он у меня первый, кто сядет лет на 10!

— Старая песня! Я пошел! — скривился тот и не пошел, а практически выбежал из кабинета.

— Вы знали Гапонова? — продолжил я.

Шебутаев будто вспомнив, глянул на часы.

— Я на обед опаздываю!

— Стой! — только успел пискнуть, но он уже выскочил.

Откровенно говоря, Шебутаев мне понравился. У таких людей все на виду и нет места для подлянок. Вот Наволоцкий другой. Скользкий и мутный.

Оставшись один, я провел инвентаризацию. Поверхность стола протер найденными бумажными салфетками. В ящиках стола нашлись лишь канцелярские принадлежности. Потом я открыл сейф. На полке лежала единственная бумажная папка. Однако. Обычно дел у следака выше крыши.

Положил папку на чистый стол и открыл.

Я оторвался от документа и посмотрел в стену. В этом месте должно было быть окно. Просматривается плохо замазанный проем.

Гапонова убили не здесь. Не первая попытка?

Они же расписные, они же татуированные.

Время появления в городе неизвестно. Отличаются немотивированной жестокостью. Проводят показательные казни. Члены банды носят татуировку под мышкой, отсюда и название. Татуировка изображает исключительно цифры.

В банде существует строгая градация, в зависимости от которой ее члены наносят ту или иную татуировку. Паталогической жестокостью и кровожадностью отличаются преступники с нечетной татуировкой. Члены ОПГ с четной татуировкой обычно не агрессивны и даже легко идут на контакт с правоохранительными органами.

Гапонов погиб, когда поехал на задержание партака с числом «66» под мышкой. Хотя ехать не должен был. Не дело следователя по задержаниям ездить. Для этого имеются обученные люди — бойцы специального назначения.

Данные о количестве партаков настолько разнятся, от нескольких десятков до сотен, что можно не брать их в расчет. Восстановление города началась 5 лет назад и сразу наткнулось на полное неприятие партаков. Часто действия партаков напоминали действия религиозной секты, а казни приобретали вид ритуальных убийств.

Следующим в папке лежал отчет по реализации оперативно-розыскной деятельности.

Дальше шла нечеткая фотография татуировки, полученная скрытой камерой в некоей страшненькой запущенной донельзя квартире.

Татуировка крупно.

И да.66.

Четная. То бишь клиент вполне адекватен и неопасен.

Я держал в руке карандаш и слегка поддел снимок. Тот перевернулся, и теперь татуировка говорила совсем об обратном.