Она вдруг почувствовала, что прямо на неё смотрят глаза этого странного типа, словно пронзают до самой души. Он усмехнулся краем рта, но улыбка была такой же холодной, как и весь его облик.
— Когда люди врут мне, бывает… очень неприятно, — ответил он, не спуская с неё взгляда.
Он коснулся внутреннего кармана плаща, и вытащил на свет небольшой цилиндрический предмет с насечками, которые слабо сияли синим светом.
Ласка видела, как на его скуле вздрагивает мышца, словно сдерживает гнев.
— Допустим, — медленно проговорила она. — Послушайте, если вы из Имперских, то вам лучше поговорить с людьми князя, они…
— С князем я ещё поговорю, — оборвал её мужчина.
Ласка сузила глаза. Сердце бешено колотилось.
— Вам лучше уйти отсюда, — сказала она.
Мужчина ничего не ответил, лишь хищно усмехнулся. В его глазах сверкнул недобрый огонёк. Ласка уже поняла, что он так просто не уйдёт.
— Знаешь, — выдохнул он, сжимая артефакт, который начинал светиться всё ярче. — Я хотел сделать всё по-хорошему. Но, видимо, придётся как обычно.
Дверь машины открылась, и в сопровождении охраны из нескольких человек появился сам князь Воронов: высокий, статный мужчина лет пятидесяти, а может, чуть больше. Волосы аккуратно зачёсаны назад, на нём тёмный классический костюм без лишних деталей.
— О, господи… — прошептала графиня Ракитина, стоявшая рядом с мужем. — Как же не вовремя.
— Так, — пробормотал граф, выдыхая. — Надо всё… замять.
Он метнул взгляд в сторону дочери Василисы, которая в этот момент понуро стояла в стороне, прижимая ушибленную руку. Девушка явно была на грани истерики: после того как жених сбежал, её собственный статус висел в воздухе. Графиня, видимо, уловила посыл, быстро обняла дочь за плечи и начала её чуть ли не силком уводить.
— Пойдём, пойдём, милая, — приговаривала она, стараясь, чтобы Василиса не расплакалась на глазах князя, — мне кажется, тебе надо привести себя в порядок.
Девушка подчинилась, с видимым нежеланием, шмыгая носом. Но когда они проходили мимо меня, я отметил, что у Василисы в глазах читался протест. Однако графиня была довольно настойчива и буквально силой увела дочь в дом.
— Всеволод! — тем временем прошипел граф Ракитин, бросаясь к сыну, который стоял в измятом пиджаке, ссадинах и пятнах грязи на брюках после недавней драки. — Чтобы ноги твоей здесь не было! Живо в дом, переоденься! И вообще, лучше сиди там тихо, пока князь не уедет!
— А вот и нет, — буркнул Всеволод, вырываясь из хватки отца. — Захочу — уйду. Захочу — останусь. Я не буду прятаться.
— Сказал, уйди с глаз моих!.. — граф яростно зашипел.
Всеволод, вместо того чтобы подчиниться, скрестил руки на груди, высокомерно вздёрнул подбородок и остался стоять. Я не вмешивался, чувствовал, что тут дело семейное. А князь уже медленно направлялся в нашу сторону.
Я с интересом рассматривал его. Мужчина уверенный, в движениях чувствовалась аристократическая выправка, но не показная, а лёгкая и естественная. Он осматривал лужайку, гостей, был вежливо любопытен, хоть уже давно знал всё обо всех.
Я почувствовал, как Лина приблизилась ко мне сзади. Она, кажется, насторожилась, глядя на приближающегося князя.
— Сейчас что-то будет, — тихо сказала Лина, чтобы никто вокруг не услышал.
— Да он вроде не производит плохого впечатления, — я скользнул взглядом по князю, пытаясь понять, что это за человек. Ничего сверхъестественного я не почувствовал. Только ощущение власти от него всё равно исходило. — Мне он не кажется злодеем. Скорее… не любит, когда его планы рушат.
— Да, именно так, — кивнула Лина. — Крепкий хозяйственник. Держит Петрозаводск в относительном порядке.
Тем временем князь приблизился к графу Ракитину, который почтительно поклонился. Охранники князя встали чуть в стороне, держа ситуацию под контролем.
— Ваше сиятельство, — натянуто улыбнулся граф, зачем-то поклонившись ещё раз. — Какая честь видеть вас на нашем скромном приёме. Мы вас ждали… немного позже…
Князь отмахнулся с дружелюбной улыбкой:
— О, я буквально на пять минут, — проговорил он негромко. — Зашёл поздравить семью Ракитиных с таким прекрасным событием. А где виновники торжества? — тут он огляделся, ища их, но не обнаружил ни невесты, ни её жениха. — А что это у вас тут случилось? Как-то все приуныли. — И взгляд его остановился на Всеволоде, который стоял взмокший, в грязных брюках и ссадинах. — Что-то не так?
Граф быстро закашлялся, пытаясь набрать воздуха:
— Произошло… э-э… небольшое недоразумение, ваше сиятельство. Молодые люди разошлись во мнениях о… о жизненных ценностях. Обычный спор, не более.
Я скосил глаза на Всеволода: парень скривил губы в усмешке. Похоже, он не собирался спускать дело на тормозах, как это хотел его отец. Он шагнул вперёд, к князю, слегка поклонился вежливо, но без лишнего почтения, и произнёс громким, чётким голосом:
