— Теперь понятно, почему тебе удалось одержать верх. Мракоборец… Специалист по искоренению монстров, призванный ведьмой!
Глаза его странно блестели, как у загнанной крысы, но наглости не убавилось. Похоже, он пытался скрыть страх за самоуверенностью. Я лишь покачал головой и обернулся к Ладыжину, который всё это время стоял рядом, поглядывая на меня почти с любопытством. Совершенно не тот взгляд, что раньше, когда он считал меня главным преступником города.
— Что? — приподняв бровь, спросил я. — Я же говорил, что я не маг!
Он лишь пожал плечами, давая понять, что ему вроде как и дела нет. Но тут он, конечно, лукавил.
— Сейчас сниму с вас наручники при одном условии: вы закроете этот чёртов разрыв. Без фокусов. Я уже отделал вас поодиночке. Уверяю, что справлюсь и с вами двумя, если попробуете что-то выкинуть. К тому же у меня есть маг в союзниках, — я кивнул на Лину, стоявшую чуть в стороне.
Она слегка приподняла подбородок, подтверждая, что не собирается допускать предательства. Само её присутствие выражало готовность моментально среагировать на любой злобный трюк. Но неожиданно для меня Ладыжин — тот самый лютый охотник на магов — сделал шаг вперёд и произнёс спокойно:
— Можешь не переживать за меня. Я на твоей стороне. А если этот, — он кивнул в сторону Немировича, — взбрыкнёт, я сам его утихомирю.
— С чего вдруг такое просветление? — подозрительно спросил я. — Утром ты считал главным врагом меня, охотился, хотел сдать имперцам. Чего это вдруг повернулся на сто восемьдесят градусов?
Ладыжин опустил глаза, вздохнул, будто взвешивал, как рассказать:
— Я… просчитался, — он говорил ровно, тихо. — Этот хмырь, — снова указал на Немировича, — всё время был у меня под носом. Устроил столько бед в этом районе. Все уже думали, что его не найти. А он шёл всё дальше и дальше. У меня мелькала мысль, что тот, кто убил монстров в Бологом и Суземках, и был тем самым, кто открыл новый разрыв в Петрозаводске. Слишком много было совпадений. Поэтому и я уцепился за тебя как за ниточку, ведущую к правде, — он запнулся, взглянул краем глаза на Немировича. — Да если бы… Ладно, неважно. Короче, я считал, что ты во всём виноват. Но теперь очевидно: настоящий призыватель — он, и… я хочу исправить то, что упустил.
— Идиот, — хмыкнул Немирович, покосившись на Ладыжина. — На хрена мне было убивать собственноручно призванных монстров?
— Если бы монстры не были убиты, то в этот район направилась бы целая гвардия. Думал вы маги умнее, — парировал Ладыжин.
— Да хоть целый полк, — отмахнулся Немирович. — Вам придуркам всё равно меня было не отыскать. Три года я морочил вам голову. А вы даже усом не пошевелили.
— Вот поэтому я и хочу исправить то, что ты натворил! — огрызнулся Ладыжин, вздыхая тяжело.
Он посмотрел мне в глаза, и я услышал, что сердцебиение его ровно и ритмично. Значит, говорит искренне. В этот момент я на него посмотрел с уважением. До этого он мне казался безумцем, сминающим всё на своём пути, однако рассудок он веще не растерял. Человек полностью растворился в работе. Его целью было преследование магов, и он почти забыл, ради какой именно цели эти гонения устроились. Хорошо хоть вовремя вспомнил. Однако бдительность свою я всё равно не терял.
— Хорошо, — сказал я, направляясь к нему. — Дам тебе немного свободы.
Я подошёл и снял антимагические наручники с его запястий. Оглядев красные следы на коже, он удовлетворённо вздохнул, чувствуя возвращение силы. Затем я протянул ему артефакт — ту самую «Нить», которую мы нашли у старухи. Изящная металлическая сфера внутри её сердцевины мерцала спираль, вокруг пробегали тонкие рунные линии.
— Справишься, надеюсь? — спросил я.
— Разберусь, — коротко ответил Ладыжин, забирая «Нить». — Смотри в оба за этим типом. От этого психа, что угодно можно ожидать. Он всё ещё слишком опасен.
— Это не обсуждается, — буркнул я, а Лине сказал вполголоса: — Будь наготове.
Она кивнула, и в её глазах читалась сосредоточенность и решительность.
Подошёл к Немировичу. Тот встречал меня почти ухмылкой:
— Уверен, что это хорошая идея? Дашь мне волю?
— Тебе всё равно никуда не деться, — холодно сказал я и щёлкнул замок на его наручниках. Он поёжившись потёр запястья, растянул губы в хищной улыбке.
— Добрый ты, мракоборец… — прошипел он. — Ну что ж, придётся повеселиться.
— С закрытием Разрыва, — уточнил я, сделав ударение на этих словах. — Даже не вздумай выкинуть какой-нибудь трюк. Я тебя растопчу. К тому же со мной два мага.
— Хех, — он криво осклабился, — два мага, мракоборец… Звучит серьёзно. Буду осторожен.
Он не стал тратить время на бессмысленные угрозы и бросил взгляд на Ладыжина, который шёл прямо на него. Между ними будто пробежала искра взаимной ненависти. Полковник подошёл вплотную и схватил его за шкирку:
— Пошли, — рявкнул он и потащил к разрыву.
