Он кивнул, отпустил магический щит, который колыхался голубоватым мерцанием у двери. Я потянул её на себя и шагнул в проход, ощущая, что за ним царит полумрак.
Заходя, я обернулся:
— Начпоезда, продолжайте сбор ингредиентов и проверьте, чтобы никто не рвался к нам. Это очень опасно.
Женщина кивнула, лицо у неё было смертельно бледное.
Мы с Ладыжиным вошли в машинное отделение. Внутри было мрачновато: тусклые лампы мигали, а на некоторых шли искры. Я сразу почувствовал фон проклятия: воздух словно пропитался гудящим напряжением, от которого волосы вставали дыбом.
— Скрежетник, — пробормотал я, вглядываясь в темноту. — Управляет поездом, всё быстрее.
Действительно, чувствовалось, как локомотив наращивал обороты. Колёса стучали учащённо, а корпус слегка вибрировал.
— Он врос в систему, — объяснил я Ладыжину вполголоса. — Питается электричеством, металлом, да и самой жизненной энергией людей… Любое прикосновение к нему может быть смертельно.
— Звучит мерзко, — выругался Ладыжин.
Я вытащил из сумки две склянки с «Защитником» и «Жаждой крови». Выпил сам, а остатки протянул Ладыжину.
— Глотай, — сказал я, кивая на зелья. — Поможет, если будет драка.
Он выпил и поморщился, я видел, как по его телу прокатилось знакомое тепло. Это давало дополнительную выносливость и боевую мощь. Я скользнул взглядом: в конце узкого прохода поблёскивали какие-то провода, искры.
— Крадёмся тихо, — сказал я, доставая свой меч из чехла. Масло на лезвии «Пожиратель плоти», конечно, не самое эффективное против Скрежетника, но хоть что-то. — Только смотри не лезь под удар. Ставь барьеры, если нападёт.
— Буду предельно осторожен, — буркнул Ладыжин.
Мы двинулись между трубами и шлангами. Справа и слева пульсировали приборы. Наконец, в глубине услышали жалобный стон. Я быстро подал знак Ладыжину остановиться и включил «глаз миров». Увидел тонкую тёмную нить, которая уходила куда-то в кабину управления. На полу лежало тело мужчины лет пятидесяти — тот самый Николаич.
Он был без сознания, от груди шла еле заметная линия — проклятие, всасывающее его жизненную энергию. Я выругался про себя:
— Чёрт, он уже на крючке…
— Что это значит? — шёпотом спросил Ладыжин, напрягаясь.
— Если мы разорвём связь, монстр сразу поймёт, что мы здесь. Придётся действовать быстро, — прошипел я. — Эта тварь подпитывается не только от механизмов, но и от человеческого тела.
— Вот же дрянь, — пробормотал Ладыжин. — И что делать?
— Действуем по плану, — сказал я. — Я рвану руну, чтобы обрубить нить. Ты в это время ставишь барьер у дверей кабины, чтобы монстр не выскочил, и оттаскиваешь Николаича. Потом тащишь его в вагон, а я постараюсь отвлечь зверя.
— Но… — хотел возразить Ладыжин.
— Давай не терять время, — прервал я его. — Чем дольше Николаич тут лежит, тем глубже монстр в него врастает.
Ладыжин сжал зубы, но кивнул:
— Хорошо, но учти, что у меня нет опыта в борьбе с монстрами.
— Знаю, — сказал я. — Спорить некогда, вперёд.
Мы выбрали позиции: я справа, где было удобнее отбиваться, Ладыжин слева, поближе к Николаичу. Раз, два… я молча сложил пальцы в руну «Тарн» с нужной конфигурацией, почувствовал, как эфир сгустился, и резким движением срезал проклятую ниточку. В тот же миг что-то громыхнуло, в кабине управления послышался лязг. Я услышал, как Ладыжин активировал свой барьер у входа.
Двери кабины со скрежетом распахнулись, и оттуда вылетела тварь — силуэт нечто напоминающее вытянутую фигуру человека, покрытую металлическими пластинами, с неестественно длинными пальцами. При каждом движении искрило электричеством, а из пасти неслось скребущее, шипящее рычание. Запах ржавчины и озона.
— Скрежетник, — пробормотал я, сжимая рукоять меча.
Едва увидев меня, монстр лязгнул челюстью и выплеснул яркую дугу электричества, которая пробила барьер Ладыжина. Я попытался сложить «Тарн», но и мой щит оказался слаб, меня откинуло назад. Глухо ударился спиной о стену, чертыхнулся.
Ладыжин поставил ещё один свой барьер, но Скрежетник, напитавшись энергией поезда, оказался чертовски силён. Он разорвал этот магический заслон со шквалом искр.
— Чёрт! — выругался Ладыжин, тем не менее успев схватить Николаича за плечи и потащить к выходу.
Завязалась отчаянная схватка в узком пространстве. Скрежетник метался рывками: время от времени от его когтей отлетали пластины металла или сыпались электрические разряды. Я, собравшись с силами, снова попытался сшить «Тарн» перед собой, но удар монстра пришёлся сбоку. Лезвие моё отскочило, когда я попробовал ударить по его боковой пластине, лишь искры посыпались.
— Градов! — крикнул Ладыжин, удерживая одну руку на щите, а другой волоком вытаскивая Николаича. — Давай, отвлеки его!
Я рванул вперёд, заходя со стороны. Монстр среагировал, выкинув крюк-палец прямо мне навстречу. Пришлось сделать полуоборот. Теснота жуткая: в шаге — трубы, в другом шаге — пульт с проводами. Скрежетник бил неистово, стены дрожали от каждого удара.
