Но, к ее удивлению, ничего не происходило. Мужчины уже на следующий день общались с Торном и Оском, обсуждая с ними будущее поселения. Женщины же часто проводили время у реки, стирали одежду или помогали с шитьем. Вели себя спокойно и дружелюбно. Но все равно Тера чувствовала себя странно, будто сейчас затишье перед бурей. Может, это связано с тем, что давно не было наемников. Раньше они приходили раз в месяц – два, а сейчас к ним не приходили, будто забыли. Тера слышала, что церковь готовила героя из пророчества и, может, готовили великое нашествие с армией.
Если ее предположения верны, то им требовались еще
Тера села на стул, избегая прямого солнечного света из окна. Прикрыла глаза, прислушиваясь к себе. Спать не хотелось, жара ощущалась не так болезненно, как раньше. Даже платье на ней сейчас алое из тонкой ткани по щиколотку без рукавов, на тонких лямках. Здесь такое обычно не носили и тело женщины настолько не оголяли – не принято. Но Тера не считала нужным следовать законам людей, которые выступали против нее и настаивали на ее смерти.
Поправив высокую прическу из закрученной на затылке тугой косы, она посмотрела в окно. Сейчас, когда жара чуть спала, они все чаще выходили на улицу. Лаки играл с Мино, бросая тому палку, Торн с Вьерном что-то тихо обсуждал, а Аделин сидела на невысокой лавке рядом со вторым домом и укачивала сына. Имя ему до сих пор не дали.
Отвернувшись, она закрыла глаза. Почему второй раз, вторую жизнь ее хотят убить? Сначала Освальд ставил эксперименты и не заботился о ее состоянии, потом возненавидевшие ее люди. Тера их не винила, понимала, что в их глазах являлась монстром, но все же хотела спокойной жизни. Чтобы ее не трогали.
Порой Тера подумывала о том, чтобы найти пещеру в горах и жить там отшельником. Ходила, высматривала пещеры, но не решалась. Сейчас же Тера понимала, что отшельником ей не дадут стать. Октавия как-то раз сказала, что если Тера куда-то уйдет, то они пойдут за ней. Она назвала это инстинктом, заставляющим ребенка идти за матерью, более сильной и зрелой. За своей королевой.
Ни первой, ни второй Тера назвать себя не могла.
Кто-то постучал в оконную раму. Тера открыла лаза и равнодушно посмотрела на Вьерна, который стоял у окна и смотрел на нее. В тонкой рубашке с закатанными рукавами и штанах, с мечом в руке. Меч старый, его Вьерн принес с собой и не расставался. Порой Тера думала, что он с ним спал в одной кровати, но не проверяла и у других не спрашивала.
Она вопросительно вскинула бровь.
− Оск с Торном принесли оленя. Мы начинаем его разделывать и к закату поджарим на костре.
Удивления Тера не показала. Посмотрела равнодушно на Вьерна, вспоминая все праздники. Если она правильно ориентировалась во времени, то сейчас шел пост, во время которого люди отказывались от мяса, предпочитая ему воду и хлеб. Тера в это не вникала, потому что и раньше не была верующей, а сейчас это и вовсе казалось смешным.
В этом мире на удивление много христианских праздников. Половину из них в ее мире уже давно забыли. Здесь же церковь имела большой вес, и святые давно вытеснили Древних.
Поэтому еще страннее то, что во время поста они жарили оленя.
Тера задумчиво посмотрела на пол, в котором скрывалась крышка от подпола. Да, мясо у них уже заканчивалось и остались лишь кости, да объедки. Почти все из этого они отдавали Аделин. Тера еще не чувствовала голод, но легкое покалывание в районе желудка намекало на скорую охоту.
Да. Тера не понимала, почему они вдруг решили зажарить оленя у костра. Это предполагало совместное времяпрепровождение. Большое скопление народа. Ей бы этого не очень хотелось. Быть в толпе Тере все еще некомфортно.
− Сегодня ночь Акрата, − сказал Вьерн и, заметив ее непонимание, пояснил. Будто это само собой разумеющееся. – Акрат древний праздник в честь середины лета. Обычно в эту ночь начинает цвести Акрат – дерево с целебными плодами. После этой ночи он цветет всего три дня. Церковь запретила этот праздник, как и упоминание Древних. Днем происходит большая охота на дерево Акрат. Но люди, которые его не находят приносят домой другие трофеи. Мы принесли оленя.
− Хорошо.
Больше Тера ничего не сказала, равнодушно смотря на Вьерна. Она была ему немного благодарна. Зарина и Вьерн сейчас являлись ее единственными источниками информации. Но если Зарина рассказывала, но посматривала непонимающе, то Вьерн делал это просто, будто так и нужно.
Так свободно с Терой кроме Вьерна общался разве что только Лаки. Остальные же все равно ставили ее на ступень выше.
− Мы будем ждать вас там.
