Напряжение в её теле ослабло, когда она поняла, что там ему и место. Окутанная теплом и силой Дэклана, она закрыла глаза, чувствуя, как его бицепс прижимается к её щеке, а сильная рука обнимает её за талию. Она всегда чувствовала себя с ним в безопасности и до сих пор чувствовала, несмотря на бурлящие эмоции, бушевавшие в её голове.
— Оливия подсыпала наркотики в мою бутылку с водой, — начал Дэклан. — С помощью Пола, — его низкий, хрипловатый голос отдавался в его груди, прижатой к её спине.
Зои с опаской слушала, как он объяснял всё, что произошло, начиная с того, как изменилась внешность женщин, и заканчивая странным ощущением, что что-то не так с духовной связью, которую он разделял только с ней. Он говорил тихо и без особых эмоций, если не считать дрожи в его голосе, когда он рассказывал ей о том дне, когда понял, чем занимался.
А затем у неё полились слёзы.
Глава 18: Полный надежды
Рассказать своей родственной душе о том, как он изменял ей, было самым трудным, что Дэклан когда-либо делал. Он ничего не упустил и остановился после того, как рассказал ей о том, как его обнаружила Викки. От эмоций у него перехватило горло, и он не мог продолжать.
Маленькое тело Зои дрожало в его объятиях, и она уткнулась лицом в подушку, рыдая. Её боль была свежа, она передавалась через их связь и усиливалась при прямом физическом контакте, непрочная чёрствость, которую она пыталась создать, рассыпалась после того, как она услышала его историю.
Он обнимал её, слушая, как она плачет, не зная, как помочь. Дэклан зарылся лицом в её волосы, снова наслаждаясь её запахом и теплом. Она дала ему шанс рассказать свою историю, и он понятия не имел, хорошо это или нет. Её эмоции были слишком глубокими и необузданными, чтобы он мог предугадать, какой будет её возможная реакция.
Но он чувствовал, что это был первый шаг, если она была готова пойти по пути примирения с ним. Ему никогда не нужно было знать, как завязать настоящие отношения; у инкубов не было проблем с тем, чтобы заманивать женщин к сексу. То, что произошло дальше, как восстановить доверие и ориентироваться в мире, который становился всё более сложным вокруг них, заставило его пошатнуться. Его общество разыскивало её за преступления, которые она совершила из-за промывки мозгов. Если бы не видео-доказательства и абсолютно надёжная работа с кадрами, он мог бы попытаться наладить с ней отношения, не беспокоясь каждую секунду, что его могут увидеть.
Вместо этого он был вынужден выследить её с приказом передать своему Совету.
Дэклан ещё не решил, как поступить с этой проблемой, и подозревал, что, по крайней мере, сегодня вечером, это было последнее, о чём ему стоило беспокоиться.
Он крепче прижал её к себе и обуздал эмоции, ненавидя боль, которую снова причинял ей. Через полчаса Зои успокоилась, тяжело дыша и обессиленная, податливая в его объятиях. Совершенно не уверенный, стоит ли ему заговорить или дать ей время переварить услышанное, он решил промолчать и насладиться тем, как она прижимается к нему и завораживает его чувства так, как ни одна другая женщина никогда не делала.
— Больно, — в конце концов сказал Зои напряжённым голосом.
— Знаю, — ответил он, крепче сжимая её в объятиях, — Можешь ненавидеть меня столько, сколько нужно, Зои.
— Я не могу тебя ненавидеть. Я так старалась. Я не могу тебя ненавидеть. Я не знаю, смогу ли я тебя полюбить.
Он почти улыбнулся, тронутый её жестокой честностью. Оказавшись на политической работе, где ложь и обман стали его второй натурой, он почти забыл, какой освежающей была её откровенность. Его Зои никогда бы не солгала ему; она заслуживала гораздо большего, чем быть такой, какой она была.
— Принимаю, — ответил он. — То, что чувствую я не поменяется и не изменится никогда. В один прекрасный день, может быть, ты сможешь снова доверять мне.
— Надеюсь, — в её голосе звучала глубокая тоска. — Я знаю, что ты помогаешь мне, чем можешь. Я также уверена, что ты затащишь меня в дом, если наши пути пересекутся днём.
— Возможно, — признал он. — Но я буду выпускать тебя на ночь под личным присмотром.
— Ты предполагаешь, что твои люди не убьют меня, — вздохнула она. — Дэклан, мы не можем быть вместе, пока всё идет своим чередом.
— Тише. Ты же Охотница, помнишь? Позволь мне разобраться с этим, — он целомудренно поцеловал её в висок, и этот момент стал ещё нежнее, когда она взяла его за руку и сжала её.
— Можешь пойти со мной, — прошептала Зои. — Оставь Инкубатти.
Страх, который он испытывал, что она, возможно, никогда его не простит, немного ослаб.
— Не могу создать проблемы таким образом, — мягко ответил он.
— Тебе бы не пришлось этого делать, если бы твой отец избавился от Камбионов, как вы все планировали.
Он размышлял о том же, что и его отец. Петля вокруг Зои затягивалась все туже; если не произойдёт драматического открытия, что за всем этим стоит Оливия, Зои скоро окажется в положении, из которого даже она не сможет выбраться.
— Позволь мне разобраться с этим, — повторил он. — А сама сосредоточься на том, чтобы тебя не поймали днём.
