Въ самый день коронаціи императора, 2 декабря 1804 года, изобрѣтатель былъ подло убитъ; его трупъ нашли въ Елисейскихъ поляхъ съ 13 кинжальными ранами въ груди. Кто нанесъ эти удары — навсегда осталось тайной.
За нѣсколько мѣсяцевъ до этого происшествія несчастный пылкій и увлекающійся Лебонъ, говорилъ своимъ согражданамъ въ Браше: «Добрые друзья мои, черезъ нѣсколько времени я буду освѣщать и отапливать васъ здѣсь, въ Браше, изъ Парижа». И дѣйствительно это было возможно; но добрые люди пожимали плечами и говорили другъ другу: «вотъ сумасшедшій!» И въ самомъ дѣлѣ, онъ былъ сумасшедшій, если справедливо, что безуміе и геніальность близко граничатъ между собою. Но это былъ одинъ изъ тѣхъ безумцевъ, о которыхъ говоритъ поэтъ:
(«Идея, эта скромная дѣвственница, долго, долго ждетъ своего суженаго. Глупцы считаютъ ее безумной, мудрецъ говоритъ ей: спрячься! Но встрѣчаетъ ее вдали отъ свѣта сумасшедшій, который живетъ надеждой на будущее, соединяется съ ней. Тогда мысль приноситъ плодъ для счастія человѣческаго рода»).
Филиппъ Лебонъ былъ именно однимъ изъ тѣхъ, о комъ говоритъ Беранже. Онъ такъ-же соединился съ великой идеей. Онъ былъ несчастливъ въ жизни и умеръ жертвой самаго гнуснаго преступленія. Но брошенное имъ на ниву открытій зерно дало обильную жатву. Его великая, благородная личность не должна быть забыта. Оставшіеся послѣ Лебона портреты представляютъ его стройнымъ и хорошо сложеннымъ, хотя нѣсколько сутуловатымъ, вслѣдствіе усидчивыхъ занятій, съ блестящими задумчивыми глазами, съ блѣднымъ выразительнымъ лицомъ, съ длинными, спустившимися на лобъ волосами. Пылкій и честный, съ довѣрчивымъ и благороднымъ сердцемъ, онъ легко привязывался къ людямъ, потому что видѣлъ въ нихъ только хорошія стороны, и часто бывалъ обманутъ, потому что не обращалъ вниманія на дурныя. Таковъ нравственный образъ Филиппа Лебона, къ которому можно примѣнить слова Вольтера о своемъ героѣ, Задигѣ: «ему изумлялись и однакоже его любили». Одинъ изъ почитателей Лебона, совершенно вѣрно охарактеризовалъ его жизнь, сказавши, что «онъ съумѣлъ пріобрѣсти болѣе уваженія, чѣмъ богатства».
Вдова Лебона получила пенсіонъ въ 1200 франковъ и хотѣла продолжать дѣло покойнаго мужа, но не смотря на всѣ усилія и настойчивость, она только понапрасну потратила свою энергію, которая разбилась, наконецъ, о новыя неудачи.
Какое развитіе получила теперь фабрикація свѣтильнаго газа, открытаго Филиппомъ Лебономъ, видно изъ того, что парижское газовое общество ежедневно доставляетъ его для столицы 125 тысячъ кубическихъ сажень. На заводѣ общества работаетъ 6 тысячъ человѣкъ, не считая 2 тысячъ агентовъ, наблюдающихъ за газопроводными трубами и рожками.
Такимъ образомъ, индустрія доставляетъ обществу не только новые и полезные продукты, но и даетъ средства къ жизни цѣлой арміи рабочихъ. Поразительны результаты распространенія машинъ и развитія промышленности. По оффиціальнымъ статистическимъ документамъ сила паровыхъ машинъ, дѣйствующихъ въ настоящее время въ одной только Франціи, доходитъ до 1 500 000 паровыхъ силъ, представляющихъ 4 500 000 лошадиныхъ силъ и равняющихся работѣ 32 милліоновъ человѣкъ, т. е. числу въ 10 разъ превосходящему способное къ труду промышленное населеніе нынѣшней французской республики. Такъ какъ это населеніе доходитъ теперь во Франціи до 8 400 000 человѣкъ, считая въ томъ числѣ женщинъ, дѣтей и стариковъ, то настоящихъ работниковъ слѣдуетъ считать не болѣе 3 200 000.
Если-бы пришлось прясть руками всю хлопчато-бумажную пряжу, которая вырабатывается Англіей въ теченіи года при помощи механическихъ станковъ (self-acting), вытягивающихъ до тысячи нитей заразъ, то потребовалось-бы не менѣе 90 милліоновъ человѣкъ т. е. половина населенія Европы. Искусная вязальщица дѣлаетъ до 80 петель въ минуту, тогда какъ на круглой вязальной машинѣ она сдѣлаетъ ихъ до полумилліона.
Эти громадныя цифры краснорѣчивѣе всякихъ разсужденій показываютъ, какимъ почтеніемъ, какой благодарностью мы обязаны энергіи и генію великихъ работниковъ, благодаря которымъ у насъ наступило царство машинъ. А между тѣмъ большинство этихъ людей были непризнаны, несчастливы и въ большей или меньшей степени гонимы.
Однимъ изъ примѣровъ этого рода можетъ служить исторія знаменитаго Престонскаго цирюльника, изобрѣтателя прядильной машины.
