Мудрость толпы полностью

– Да, но на этот раз все будет по-другому! – Он говорил это не только ей. Он обещал это самому себе. Он прокричал это всем, кто торжествовал победу у подножия Цепной башни: – Теперь у нас есть шанс! Начать заново. Создать новый Союз. – Один из людей Фореста держал старое боевое знамя, и Орсо почувствовал прилив гордости, когда ветерок развернул его и над Агрионтом снова заблестело золотое солнце. – Шанс… сделать все правильно!

Он поглядел на их возбужденные лица. Кое-кто даже начинал улыбаться.

– Больше никаких бунтов, – восклицал он. – Никаких судов, никаких казней! Никакой мести и сведения счетов. Никакого Народного Суда!

Он поймал взгляд Савин: ее подбородок был вздернут, глаза горели. Если она верила в него – он знал, что это могло быть сделано.

– Но не будет и Закрытого совета! Никакой коррупции и несправедливостей. Никакого «Валинта и Балка», мертвой хваткой держащего нацию за горло! На этот раз я собираюсь править ради всего народа, а не ради горстки избранных. Я буду королем для всех!

– Вы действительно думаете, что все это у вас получится? – спросила Вик. На ее лице была привычная маска презрения, но ей не удалось полностью скрыть блеснувшую искорку надежды.

В этот момент Орсо казалось, что он может сделать что угодно.

– Я постараюсь. Мы постараемся. Все вместе. Я должен вас всех поблагодарить! Вас в особенности, Вик. – Он схватил ее израненную руку и прижал к губам. – Вы рисковали всем, хотя совсем не были обязаны это делать.

– Похоже, во мне есть сентиментальное стремление к лояльности, – буркнула она, облизнув окровавленную губу и неловко отобрав у него свою руку.

– И я этому сердечно рад! – Орсо хлопнул по плечу капрала Танни и заключил Фореста в крепкие объятия. – Что бы я делал без вас всех?

– Я просто выполнял свой долг, – проворчал Форест. Его щеки над бородой порозовели.

Орсо повернулся к Молодому Льву – бледному, изможденному, неловко державшемуся на искусственной ноге. Его светлые волосы потемнели от пота, на лице была прежняя слащавая улыбка. По различным причинам, порою вполне оправданным, Орсо в последнее время испытывал к бывшему лорду-губернатору Инглии весьма неприязненные чувства. Но его отец однажды сказал, что о человеке можно судить по его обращению с теми, кто ему неприятен. Орсо пообещал, что будет королем для всех, и собирался сдержать слово. Для низших так же, как и высших, для врагов так же, как и друзей. А ведь Брок сегодня немало для него сделал, это нельзя было не признать.

– Перед вами я тоже в долгу, лорд Брок, – сказал Орсо (по-видимому, они все возвращались к своим прежним титулам). – Между нами были разногласия. Трудно найти двух людей, более не похожих друг на друга. Но если даже такие люди, как мы с вами, могут отправиться в будущее вместе, значит, надежда все же есть!

Он протянул ему руку.

– Надежда есть для каждого!

Брок с гримасой поглядел на ладонь Орсо, набирая в грудь воздуха. Словно готовясь выполнить какую-то неприятную задачу.

– Не для каждого.

…Он вытащил из-за спины кинжал и ударил в грудь Фореста. В тот же самый момент Орсо ощутил, как его схватили сзади, прижав к горлу клинок.

– Стоять! – раздался над ухом Орсо шипящий голос. Человек Брока, Юранд. – Всем стоять смирно!

Внезапно отовсюду появились взведенные арбилеты, сверкали наконечники наложенных стрел. Один был у лорда Ишера и у нескольких его друзей, некогда сидевших в Открытом совете; были арбалеты и у инглийцев. Форест нетвердо шагнул вперед и упал на колени. Кровь темным пятном расползалась по его мундиру.

– Что ты делаешь? – Голос Савин сорвался на визг, она расширенными глазами глядела на обнаженные мечи и выставленные копья.

– Кладу конец Великой Перемене, – отозвался ее муж, – и занимаю Агрионт от имени короля.

Инглийцы уже разоружали ошеломленных королевских гвардейцев, пихая их на колени рядом со сжигателями.

– Ах фы убвюдок, – выдохнула Вик, но с интонацией вынужденной покорности.

Орсо мог только смотреть на происходящее со знакомым падающим ощущением. Ему следовало догадаться в тот самый момент, когда все вроде бы начало налаживаться, что произойдет что-нибудь подобное.

– Строго говоря, ублюдок не я, а моя жена, – сказал Брок. – Что делает моего сына Гарода старшим ребенком старшего ребенка короля Джезаля. То есть законным наследником престола.

– Законы престолонаследия так не работают, – рявкнул Танни, которого тоже поставили на колени.

– Вы уверены? У меня три дюжины арбалетов, которые придерживаются другого мнения.

Горст, по-прежнему с окровавленными клинками в руках, нехорошо сощурился и незаметно сместил вес.

– Нет! – крикнул ему Орсо, чувствуя, как нож Юранда сильнее вдавливается ему в шею. Пускай Горст даже лучший фехтовальщик в мире, он будет мертв прежде, чем успеет добраться до Брока, и остальные погибнут вскорости после него. – Положить оружие! Это мой королевский указ! – (Первый за долгое время и, судя по всему, также последний.)