— И название своему методу он дал неординарное — «магнитная шестерня». Признайся, ты ведь рассчитывал, что он тебя озолотит, когда получал на него патент?
— Да, в общем, нет…
— Не может быть, чтобы не рассчитывал. Предложения от американских компаний хлынули рекой! — Округлив глаза, Юкимаса повернулся к Намиэ.
— О-о… — протянула она, глядя на Юкаву.
— Но в итоге ни одна не заключила со мной контракт. Им стало известно, что на применение этой технологии накладываются очень жёсткие ограничения.
— Очень жаль. С другой стороны, японской физике повезло. Если бы ты сорвал большой куш и бросил исследовательскую работу, научный мир лишился бы ценнейшего таланта.
— От меня ему никакого прока. Столько лет вести исследования — и не оставить толковых результатов. А годы идут.
— Но и руки опускать пока рано. Кстати, ты ведь до сих пор холостяк. О женитьбе не задумываешься?
Услышав слова Юкимасы, Намиэ удивлённо заморгала. Она была уверена, что Юкава женат.
— Во всяком деле, как мне думается, есть своё, естественное течение событий. И течение, сопутствующее семейной жизни, в моём случае перегорожено где-то в верховьях.
— Сказал бы проще: холостым живётся вольготней! — ухмыльнулся Юкимаса, отпивая коньяк, а затем его лицо вновь стало серьёзным. — Но осмотрительность в браке однозначно не повредит. Мне бы тоже в своё время стоило вести себя немного осмотрительней. Моими мыслями тогда владели научные исследования, а к женитьбе и созданию семьи я не питал особого интереса. С будущей супругой меня свёл человек, перед которым я был в долгу, и на брак я согласился просто потому, что не смог придумать причину для отказа. Но важные решения в жизни нельзя принимать столь легкомысленно. Когда жена ушла от меня, забрав с собой ребёнка, я её возненавидел, но сейчас я понимаю, что и сам был не без греха. Нам бы с ней следовало поговорить, да я заупрямился. И как раз тогда ко мне обратились из Массачусетса. Предложили совместное исследование на два года. Я махнул в Америку, даже не предупредив жену. Два года на деле растянулись до трёх. За всё это время я ей ни разу не позвонил. Так что неудивительно, что она на меня взъярилась.
Юкимаса осушил свой бокал и поставил его на стол. Потянулся рукой к бутылке.
— Папа!
— Вам, пожалуй, хватит, — сказал Юкава.
— Только сегодня. И это последний.
После таких слов Намиэ не стала ему перечить. Нехотя взяла бутылку и плеснула немного коньяка в бокал отца.
— Добавь ещё чуток.
— Нет. На этом всё. — Она заткнула бутылку пробкой.
В тот же миг зазвонил лежавший на кухне мобильный телефон. Она могла подумать только об одном человеке, который стал бы звонить посреди ночи.
— Ответь. Это, наверное, он, — сказал Юкимаса.
— Прошу меня извинить. Господин Юкава, проследите, пожалуйста, чтобы отец больше себе не наливал.
— Слушаюсь.
Услышав ответ Юкавы, Намиэ вышла на кухню. Сняла трубку — и действительно, звонил Соскэ Конно.
— Прости, я только что вернулся. Мать мне всё рассказала. Вот вам досталось!
Дом Конно находился в том же районе. Он учился в той же младшей школе и в той же средней, где и Намиэ. Но из-за разницы в возрасте вместе они туда не ходили.
— И не говори. Просто кошмар.
— Насколько я понял, загорелся флигель… и живший в нём человек погиб… — Конно замялся. Было заметно, что он пытается скрыть свои эмоции.
— Да. Он мёртв. — Намиэ тоже всеми силами старалась, чтобы голос звучал ровно.
— Ясно, — только и смог выдавить Конно. Он замолчал. Намиэ тоже ничего не говорила. Было очевидно, что они думают об одном и том же, но ни один из них не осмеливался произнести это вслух.
— А ты как? Не пострадала? — спросил наконец Конно.
— Нет. Главное здание пожар не затронул. Отец тоже в порядке.
— Рад за вас. Но ведь это поджог, да? Вам не опасно там оставаться? Преступник мог затаиться где-то поблизости.
— Об этом не беспокойся. Снаружи нас всю ночь будут охранять полицейские. К тому же к нам приехал ученик отца.
— Ну, тогда ладно. И всё же, почему так получилось? Бог с ним, с флигелем, но меня прямо в дрожь бросает, как подумаю, что пожар могли устроить в главном здании.
— Да уж. Но этого можно не бояться.
— Почему?
— Похоже, преступник охотился за тем человеком.
— Вот как? Значит, флигель вспыхнул не случайно?
— По-видимому, нет. Подробней расскажу, когда встретимся.
Обсуждать сейчас детали произошедшего ей казалось неразумным.
— Понял. Тогда ложись скорее спать. Когда мы увидимся?
— Пока сказать сложно. Я завтра напишу.
— Хорошо. Спокойной ночи.
— Спокойной ночи, — ответила Намиэ и повесила трубку.
Когда она вернулась в гостиную, Юкава разглядывал корабль в бутылке.
— Он уже собирается, поедет в гостиницу. Такси будет минут через десять, — сказал Юкимаса.
— Сожалею, что мы задержали вас так поздно. Простите великодушно. — Намиэ поклонилась Юкаве.
— Что вы, я замечательно провёл время. Боюсь, завтра у вас будет тяжёлый день. Пожалуйста, берегите себя.
— Спасибо за заботу.
