Я вспомнила бабку со второго этажа, которую сегодня упоминала Зинаида – Прасковью или как там ее. Кстати, нужно будет заглянуть в ту квартиру и поинтересоваться. Если Лилька жила в Костиной квартире, когда она была коммуналкой, если она там родилась, то бабка должна была ее узнать, как жительницу дома, а не только как ходившую в гости к мужу Зинаиды девицу.
– Тогда Лилька была ребенком, маленьким ребенком. Если бы появилась мамаша, бабка могла бы ее узнать. Но не взрослую девицу, которую она до этого видела карапузом. – Больше вроде бы обсуждать было нечего, и мы распрощались. Зинаида сказала, что позвонит, когда в очередной раз соберется в город, чтобы заодно заехать к Косте за архивом.
– Лучше я перевезу мешок к Наташе, – сказал Костя. – Там все время будет Полина Петровна, и она его тебе отдаст в любое время. А то я могу оказаться на гастролях, на концерте, на записи, на репетиции. Или я сам сюда заеду, но мы живем у Наташи, и мне удобнее оттуда. Нет, я точно сам тебе его привезу. Что ты его будешь таскать?
Из дневника Елизаветы Алексеевны, 1820 год
– Все будет хорошо, – сказала я Анне Николаевне, пытаясь ее успокоить. – Мы позаботимся и о вашем сыне, и о вас. И вы не проведете последние дни в одиночестве.
– Я…
– Вы собираетесь закончить все разом? – прямо посмотрел на нее Забелин.
Она открыла рот, резко вдохнула воздух. Я взглянула на Анну Николаевну, на собственного мужа. А ведь он прав! Она хотела пристроить ребенка и не мучиться. Утопиться? Повеситься?
– Значит, собираетесь, – вздохнул Забелин. – Не нужно. Мы отвезем и вас, и Алексея в имение Елизаветы Алексеевны. Елизавета Алексеевна тоже поедет с вами. И ваш сын, и Арина. Мы вам поможем, мы вырастим вашего сына, но и нам требуется ваша помощь.
– Но как я могу вам помочь?!
Забелин пояснил. И еще он очень быстро доработал наш план. Вернее, придумал второй вариант. Правда, Анне Николаевне не стал объяснять все детали. Не нужно ей знать про мою беременность, по крайней мере, пока. И она вообще может про нее не узнать. Только бы прожила достаточно долго, чтобы «родить» ребенка. Это я быстро поняла, в чем заключается план. Первый вариант, как мы и придумали изначально, – Толстовцев женится на Анне Николаевне, получает законного ребенка, которого физически рожу я, но который будет записан в метрической книге как ребенок Елисея Петровича и Анны Николаевны. Анна Николаевна умирает, Толстовцев опять становится вдовцом, но с ребенком. Законным. Второй вариант, если Толстовцев отказывается – Анна Николаевна венчается в деревенской церкви с моим братом. Не важно, что мой брат уже ничего не осознает. Там бедный попик, который фактически живет на пожертвования нашей семьи. Да и представим все как благое дело. Первый ребенок узаконен высочайшим указом, пусть второй родится в браке.
