Утро следующего дня встретило нас приятной прохладой и свежим морским воздухом, наполнившим номер. Наскоро умывшись и позавтракав, мы отправились к морю. Проложенный вчера, в ночное время маршрут казался теперь совершенно другим. Без ночной подсветки он лишался той романтичной очаровательности, представляя собой самую простую улочку. Надо сказать, что плаваю я плохо и предпочитаю, в основном, бассейны. Море меня всегда пугало своими размерами. Супруга же, напротив, прекрасно умела плавать и проводила в воде очень много времени. Раздевшись, она тут же заявила, что поплывет к пирсу. Со своего шезлонга я наблюдал, как она осторожно шла вперед, привыкая к воде, а затем нырнула. Добравшись до буйка, жена обернулась, нашла меня на берегу, помахала рукой и поплыла дальше, отклоняясь понемногу в сторону намеченной цели. Я еще какое-то время наблюдал за ней, потом достал книжку. Посмотрел в ту сторону, куда уплыла жена, но ее там уже не увидел.
Когда я проснулся (меня разморило на солнце), жены рядом все еще не было. Я сел в шезлонге и окинул взглядом пляж. Солнце прошло зенит и начало медленно двигаться в сторону горизонта. Моя собственная тень казалась вытянутой и уродливой. Я достал часы. Так и есть: прошло почти три часа с того момента, как жена ушла купаться. Я встал и, накинув на сгоревшие ко всем чертям плечи и грудь рубашку, пошел вдоль берега к пирсу.
Я внимательно смотрел на море, пытаясь найти среди волн и других купающихся свою жену, но, дойдя до самого пирса, так ее и не обнаружил. Машинально я бросил взгляд на пирс и встал как вкопанный, пораженный тем, что увидел. Затем, все еще не веря своим глазам, подо шел вплотную. Так и есть: первый сегмент деревянного настила все еще отсутствовал. Растерянно глядя на него, я увидел покосившуюся и полустертую табличку, не замеченную нами ночью. На ней еще угадывалась повторяющаяся на пяти языках рекомендация не пользоваться пирсом в ночное время. Я подошел ближе и стер ладонью налипший слой песка и водорослей в том месте, где фраза была написана на русском. Словосочетание «в ночное время» было зацарапано несколькими глубокими бороздами. Что это? Чья-то шутка или торопливо сделанное предупреждение о том, что вход сюда закрыт насовсем? Не потому ли и был разобран вход на пирс, который сейчас напоминал спину доисторического животного, одиноко возвышающегося над водой?
Я растерянно посмотрел в сторону отеля, на фоне которого вчера фотографировалась жена, и только теперь, при свете дня, понял, что меня насторожило ночью. Отель был необитаем. На меня смотрели пустые черные окна строения, рядом был совершенно пустой пляж. Даже изображения на барельефе, частично занесенные песком, угадывались плохо. На секунду мне даже показалось, что со стороны пустого отеля повеяло холодом. В следующую секунду вокруг стало темнее: на солнце набежало облачко. Но дунул новый порыв ветра, и все мои страхи рассеялись.
Я еще раз осмотрелся по сторонам. Так и не найдя супругу, я поспешил обратно, всматриваясь во всех немногочисленных плавающих у берега людей. Чем ближе я подходил к нашим шезлонгам с оставленными возле них вещами, тем сильнее меня заключали в свои объятия тревога и страх. Не знаю, что на меня так повлияло, но я был решительно настроен связаться с местной службой спасения и начать поиски жены. Я даже начал читать какую-то придуманную на ходу молитву, чтобы волей Господа Бога ничего страшного с ней не произошло.
Какова же была моя радость, когда я увидел там свою супругу, преспокойно вытирающую мокрые волосы полотенцем. Я так был счастлив тому, что она нашлась, что даже не стал ругаться. Подойдя к ней, я поцеловал ее соленые и оказавшиеся на удивление прохладными губы, накинул на ее плечи полотенце и спросил, где она была так долго. Жена удивленно посмотрела на меня и ответила, что плавала в сторону пирса, как и было ею сказано, и что она не понимает, к чему я задал этот вопрос. В ответ я, уже несколько рассердившись, заявил, что ее не было более трех часов и что я уже начал беспокоиться из-за ее отсутствия. И что до пирса и обратно за три часа можно проплыть не один десяток раз. На это жена сказала, что она не следила за временем, так как часы и телефон остались у меня. И что, в конце концов, я должен был предвидеть такое развитие событий, поскольку она любит плавать и очень сильно соскучилась по морю. И вообще я не должен был переживать, так как с ней ничего не могло произойти, и зря я на нее тут наговариваю.