Так вот, в ту ночь я лежал в кровати и ждал, когда начнется приступ боли. Часы пробили полночь. Обычно тогда все и начиналось, но сегодня ничего подобного не было, и я, находясь в ожидании, не заметил, как заснул. Проснувшись, первым делом я увидел перед собой ножку стола. Сознание вернулось ко мне моментально! Я лежал голый на холодном кухонном полу, и все мое тело беспощадно ныло от того, что я, видимо, провалялся всю ночь в одной позе. Все еще задаваясь вопросом, какого хрена я оказался на кухне, я поковылял в ванную, чтобы умыться и прийти в себя. Когда я подошел к зеркалу и посмотрел в него, я, мягко говоря, охренел! На губе у меня была запекшаяся кровь. Естественно, первой мыслью было то, что я, упав, приложился об пол и выбил себе зуб или прокусил язык. Но во рту все было в полном порядке. А вот на кухне – нет! Когда я пришел туда снова, то заметил на дверце нижнего отсека холодильника, где была морозилка, следы крови. Один-единственный отпечаток, как будто пальцем кто-то провел. Помню, что я, повинуясь какому-то наитию, открыл морозилку и тщательно исследовал все три ящика. Одного куска мяса не хватало. Я перерыл все ящики сверху донизу, все еще подспудно надеясь, что этот замороженный кусок мертвого дерьма куда-то завалился. Но его нигде не было. Получается, что я, не помня ничего, встал посреди ночи и сожрал мясо из морозилки!
Для меня бы, наверное, все эти несчастья так и остались бы совершенно непонятыми, если бы я совершенно случайно не вспомнил про один фильм, кажется, он назывался «Американский оборотень». Не могу сказать, почему именно о нем я вспомнил, но в тот момент, черт возьми, у меня в голове стало все понемногу складываться. И знаете, что я сделал? Я занялся поиском информации, чтобы убедиться в правильности своих выводов.
В течение следующего месяца я перелопатил всю доступную информацию об оборотнях, или, как их еще называют по-научному, ликантропах. А в славянской мифологии они – волколаки. Уж я-то знаю, будьте уверены.
Из всего того, что я узнал, выходило, что я не был такой один. Рассказы про таких, как я, были известны, вы только вдумайтесь, со времен Древней Греции и Рима! Нас было много. Какой-то древний чувак писал про одно племя, члены которого могли на несколько дней раз в году превращаться в волков. Другой, уже в тысяча пятьсот каком-то году, рассказывал о стае оборотней, которая напала на одну из деревень. Да там куча этих свидетельств, на любой вкус! А потом настали, как говорится, темные времена и на оборотней начали охотиться всякие инквизиторы. А вот потом, видимо, когда власть церкви ослабла и всем стало на нее, по большому счету, насрать, оборотни стали излюбленной, модной темой.
Вообще-то, всех оборотней можно разделить на несколько типов, в зависимости от причин, по которым они превращаются: те, кто делает это сам при помощи каких-то предметов, те, кого превратили в оборотней всякие злые колдуны и волшебники, и те, кто превращается, как я – периодически и без всякого контроля.
Бреда, конечно же, тоже полно было всякого. Например, про проклятых мертвецов, которые встают из могил в обличье волка и постоянно носят с собой волчий хвост.
Теперь все звенья цепочки ежемесячных происшествий наконец-то стали мне понятны. Та ломота в костях, та тянучка, сводившая меня с ума, и все те казавшиеся бесконечными ночи были попытками трансформации моих костей. То же самое касалось и зубов. Они старались превратиться в гигантские клыки. Но слабость ЕГО, моего второго Я, не позволяла ЕМУ проявить себя целиком, и мой человеческий разум, препятствуя этому дьявольскому превращению, сохранял обычные чувства и память, борясь с подступающими изменениями.
А потом случилось то, что в итоге привело меня сюда. То, что дало мне понять, что я по-настоящему стал опасен.