Баль почувствовал тепло внутри кулака и стал ослаблять хватку, удивляясь непонятному давлению и даже вздрагиванию в руке.
— Змея мне за шиворот! — восхищенно выдохнул Зиди. — Кто это?
На широкой ладони сидел маленький черный зверек. Чем-то он напоминал земляную куницу, но был гораздо короче, мельче, и вместо оскаленной пасти вытягивал тонкую сухую трубочку.
— Это пылевая обманка, — прошептала Рич. — Шагов на сто ее хватит, а нам больше и не надо. Смотри.
Девчонка осторожно взяла зверька пальцами за бока, наклонилась, поставила его на камни и подтолкнула, сказав негромко:
— Шаги наши забери, дочь дороги. На сколько сил твоих хватит, шаги наши забери.
Зверек выгнул спину и беззвучно помчался по могильной улице туда, откуда только что пришли Зиди и Рич. Вот он проскакал полсотни шагов, вот еще десятка три, пока вдруг не рассыпался пылью и не исчез, словно и не было смешного создания с влажными бусинками глаз.
— И что? — недоуменно спросил Зиди.
— Пошли. — Рич потянула его за руку.
Баль сделал шаг, другой и недоуменно оглянулся. Хруст песка раздавался за спиной и отдалялся туда же, куда ускакала обманка.
— Пошли, — недовольно прошипела Рич и показала на высунувшиеся из развалин морды. — Пошли, они далеко от своего логова днем не уходят!
Мурры помчались вслед за отдаляющимся звуком почти сразу. Скользнули мерзкими извивающимися телами мимо неслышимых жертв, докатились до точки, где рассыпалась обманка, и снова сплелись в ужасный клубок. А Зиди подхватил Рич на руки и пошел дальше. Через полсотни шагов, не открывая глаз, она прошептала:
— Справа наш ночной гость. Не смотри на него в упор, заморочит голову. Днем он не опасен, если не смотреть. Иди прямо и смотри прямо, до серой пирамиды по левую руку, кроме гнилуха, ничего нет.
Зиди втянул в себя уже знакомый омерзительный запах и, поймав взглядом серую пирамиду, пошел прямо вперед, лишь боковым зрением угадывая бесформенную массу, растекшуюся на ступенях разрушенного склепа.
— Откуда берется тут вся эта мерзость? — спросил он, когда гнилух остался за спиной.
— Не знаю, — ответила Рич и дернула его за рукав: — Стой!
Зиди замер. Ничто не предвещало беды. Склепы тянулись безжизненными рядами. Сырой ветер дул в лицо. Даже трупный запах ослаб.
— Отпусти меня, — попросила девушка. Выскользнула, точнее выпала из рук, приникла к камням — почти легла на мостовую, прошептала негромко:
— Не вижу ничего. Глаза слезятся. Ты посмотри. Зиди опустился на камни рядом, вновь успел удивиться отсутствию боли в колене, посмотрел вперед. Ветер дул в лицо, мерзлые песчинки секли по щекам, но ничего особенного баль не увидел.
— Что там? — обессиленно спросила Рич.
— Ничего. — Зиди почесал затылок. — Обычная дорога. Ветер. Плывет все, песчинки в глаза секут.
— Плывет? — переспросила колдунья. — Посмотри еще раз! Плывет ли?
Зиди вновь наклонился и вдруг понял: воздух над дорогой действительно плыл, рассеивая камни, ступени, основания склепов! Плыл, словно Аилле жарил как в середине лета, и камни нагрелись так, что пройти по ним босым означало обжечь ноги! Но теперь, когда камень холоден как лед?
— Плывет, — кивнул Зиди.
— Течень болотный, — прошептала Рич. — Спасибо мертвецам. Они обходят его, поэтому и запах здесь слабее. Не наследили. Сразу надо было догадаться, гнилух всегда на перекрестке днем отдыхает. Придется нам, баль, к гавани третьим кругом пробираться.
— Зачем нам к гавани?
Улица впереди была спокойной и умиротворенной. Уходить за высокую стену, что тянулась по левую руку и скрывала остальные улицы города, не хотелось. Вот же оно, море! Гавани еще не видно, а серое пространство за верхушками склепов раскинулось до горизонта, жадно впитывая холодные лучи Аилле.
— Там часто корабли пристают. — Рич медленно поднялась. — Мореходы тоже мертвецов сюда везут. Здесь вторая бухта на всем побережье. И, в отличие от скирской, не такая опасная в осенние штормы. Может быть, удастся договориться с капитаном и уйти в море? В крайнем случае собьем со следа погоню.
— Неужели кто-то полезет за нами в Суйку? — удивился воин.
— Полезут, — пообещала Рич. — Тебя бы снаружи ждали, а за мной полезут.
И снова Зиди поднял девчонку на руки, и вновь пошел к серой пирамиде, вдыхая вонь гнилуха. Коричневая масса подрагивала пузырями, притягивала взгляд. Баль стоило немалых усилий не взглянуть на мерзкое чудовище, точно повернуть по узкому проходу между полуобрушенными колоннами к очередным проездным воротам. Стена, к которой приближался Зиди, явно была древнее склепов. Составляющие ее камни отличались более гладкими гранями и удивительной подгонкой друг к другу, хотя время поработало над ними с большим усердием. И тут и там виднелись проломы, края многих камней были выщерблены водой и ветром.
— Сколько всего кругов в Суйке? — спросил Зиди, подходя к темной арке проездного двора.
— Им нет счета. — Рич открыла глаза. — На холме, у стен храма — пятый, но отсчет продолжается в сторону пади… Остановись здесь. Мне нужно след наш потереть от поворота.
