– Кстати, я бы запросто! Разобраться бы только, как выходить в сеть…
– Стоп! Ты что, теперь сможешь и в сеть выходить?! – поразился Ник.
– Пока не могу. Но чувствую, что смогу. Я ведь с тобой разговариваю. И похоже, это происходит через сеть подпространственной связи. Только не спрашивай как! Все равно не скажу. А теперь смотри! Возьми камень! Любой! Бросай в меня!
Ник подобрал булыжник размером с кулак, прицелился и со всей дури швырнул его в Шарика, криво усмехаясь уголком рта. Но камень не долетел до цели. Замерцало голубое сияние, и «снаряд» мягко плюхнулся на песок, не достигнув места назначения.
– Оп-па! – Ник тоже плюхнулся на песок, ошеломленно глядя на здоровенный диск Шарика. – Защитное поле! Как так?! Откуда?! Без всяких генераторов?!
– А почему ты решил, что без генераторов? – усмехнулся Шарик. – Если во мне нет здоровенных железяк, значит, у меня нет генераторов? Ты читал про животных с других миров? Что
– Хмм… а может, тогда и тебя не люди придумали? – задумался Ник. – Может, ты существо с какой-нибудь планеты?
– Все может быть. Хотя и сомневаюсь. Скорее всего, я вообще не с планеты. Скорее всего, где-то в космосе есть колония таких, как я. Свободно путешествующие по Вселенной, быстрые, как мысль, они пронизывают Вселенную из края в край! Словно ангелы!
– Бла-бла-бла! Ты что, стишков начитался? – хихикнул Ник. – Романтических фильмов насмотрелся? Это же фраза из фильма «Корабли Вселенной»! Ну та, где герой отправляется на край Вселенной в живом корабле!
Молчание. Потом Ник робко, с замиранием в сердце спросил:
– Ты что, намекаешь…
– Ничего я не намекаю! Я тебе впрямую говорю! – Шарик хохотнул, успокоился, продолжил: – Да, скорее всего, я сродни шаргионам. Только пока ничего по этому поводу сказать не могу. Пока не вырасту.
– Не вырасту?! – охнул Ник. – Да ты уже вырос просто… просто до невозможности! Скоро не сможешь спрятаться в случае опасности.
– Смогу. Глубина океана достигает пятнадцати километров. Может, и больше. Я путешествовал, ты же знаешь. И ты со мной был, смотрел через меня.
– Да чего там смотреть… вода и вода. Ни одного живого существа! И камни на дне.
– Какая разница? Речь ведь не о том. Я могу скрываться под поверхностью океана сколько угодно. И сколько угодно поедать водоросли, впитывать минералы из воды и лопать ил, который тоже содержит много полезных веществ. Я теперь только и делаю, что ем! И строю себя. Сам не знаю, что строю, но чувствую, мне еще строить и строить! Мои… малютки мне очень сильно в этом помогают!
– Какие такие малютки? – не понял Ник, Шарик пустил волну веселья, и тут же в его боку открылся самый настоящий люк! Люк такого размера, что в него мог пролезть Ник! А еще произошло то, что потрясло Ника до глубины души, – из люка вдруг посыпались самые настоящие пауки. Небольшие, с кулак, они выглядели совершенно отвратительно: десятиногие – восемь ног по бокам и две длинные ноги впереди. Эти можно было бы назвать не ногами – щупальцами, потому что их длина превышала длину тела пауков.
Ник непроизвольно взвыл и отбежал подальше, с отвращением и опаской глядя на шевелящуюся массу насекомых у отверстия в корабле.
– Это еще что за гадость?! Паразиты, что ли?! Ты чего там такого нажрался, что они у тебя завелись?! Ффффууу… мерзость какая! Я их боюсь! Слушай, брат, я не знаю, что с ними делать, как можно их искоренить!
– Ничего не надо с ними делать! – хохотнул Шарик. – Это мои малютки. Они строят меня! У тебя в теле есть всякие штуки вроде фагоцитов, лимфоцитов, эритроцитов. Знаешь, да? Ну вот, это мои и эритроциты, и фагоциты. Попробуй кто-нибудь влезть в меня без моего разрешения – загрызут! Но они еще и строят меня, а еще будут залечивать мои раны, если такие появятся. Понимаешь? Малютки – часть меня! Я читал про шаргионов – у них все точно так же! И ты почитай.
– Шарик… а ты уже можешь лететь к звездам?
Ник все не решался задать этот вопрос, напрашивающийся сам собой, и наконец все-таки сподобился. Он и страшился услышать ответ, и мечтал его услышать.
– Нет, не могу!
Сердце Ника ухнуло в пятки, а голова закружилась от разочарования. Он даже не представлял, как сильно надеялся и мечтал. И вот…
Шарик усмехнулся, пустил волну смеха и лукавства:
