Теперь мужчина был зол, так зол, что у него подергивалась щека. Что эта женщина о себе возомнила?! Он ее из грязи поднял! Шлюхой была в Клубе! Ее драли все, кто хотел! Кто имел на счету жалких двести кредитов! А теперь она лучше него знает, что делать?! Дура! Настоящая дура! Не понимает, что упустить такой случай нельзя! Ну как это можно не понимать?!
– Все. Хватит. Завтра ты сидишь дома и прикрываешь меня отсюда, из Внешки. Тебе придаются отряды Шекра и Арага. Полное вооружение. Пусть готовятся к штурму Периметра. До тех пор, пока не будут уничтожены бластеры на башнях, никуда не соваться. В первую очередь уничтожаете патрули. Иначе они ударят в спину. Все ясно?
– Ясно. – Женщина встала, пошла в дом, всем своим видом показывая, насколько она недовольна.
Глава досадливо поморщился: ну надо же, сумела внести в его мысли раздор! Теперь и ему кажется, что план не такой уж основательный! Что так делать нельзя! Что все выльется в огромные неприятности! Но, помотав головой, отогнал предательские мысли. Все так, как должно быть, и никак иначе. Все продумано! И назад дороги нет! Только вперед, к светлому, очень светлому будущему!
Глава встал и тоже пошел в дом. После размолвки с женой – первой за последние тридцать лет – его ничего не радовало. Даже во рту какой-то неприятный привкус. Может, это воспоминания о бравых вояках, с которыми он летал на корабле? Вернее, не летал, а опускался на дно морское. Герои, твою мать! Было желание вообще их пристрелить, но одумался, решил пустить в штурмовом отряде, подставить под бластеры охраны платформ. Пусть хоть сдохнут с пользой! Засранцы!
С такими «человеколюбивыми» мыслями Глава дошел до своей комнаты и бросился на кровать. Он устал. Что ни говори, а ему уже десятый десяток! По нынешним временам, не такой уж великий возраст, можно сказать, зрелость. Но все-таки не двадцать лет, как этому… Нику. Или сколько там ему? И двадцати нет?
Глава вздохнул. Если кому-то он в своей жизни завидовал больше, чем сейчас Нику, он этого уже не помнил. Глава все бы отдал, чтобы оказаться на месте пилота живого корабля. Все на свете бы отдал! Кроме власти.
Ник сладко посапывал, утомленный ласками двух неутомимых подруг, и последней его мыслью, перед тем как погрузиться в объятия сна, было: «Да откуда же у этих чертовок столько энергии?! Неужели не устают?!»
Но сознание отказалось ответить. Во-первых, вопрос был риторическим.
Во-вторых, если бы Ник узнал, откуда у них столько энергии, ему бы не понравился ответ.
Гибкая фигурка, покрытая по́том, выскользнула из постели. Девушка прошла в другую комнату, пошарила в одежде, достала предмет, очень походивший на скальпель – только маленький, – и вернулась назад, в постель. С минуту сидела, глядя в лицо Ника, будто пытаясь разглядеть в нем что-то такое, чего не видела раньше, а затем аккуратно приблизила «скальпель» к затылку любовника и чуть нажала.
Что-то пшикнуло, Ник вздрогнул, но боль была такой мгновенной, такой незначительной, что он не проснулся. У высокого болевого порога есть свои минусы, и этот минус сейчас сработал. Впрочем, даже если бы Ник проснулся – что бы он сделал? Ну, кольнуло что-то в голове, и что? Ерунда…
Девушка прошла к себе и бросила «скальпель» в утилизатор. Совесть ее не мучила. Тут или ты, или тебя. Промежуточного варианта нет. По большому счету кто такой Ник? Кто он ей? Один из нанимателей. И не более того. Будет и другой, и возможно, гораздо более выгодный. Не мы такие – жизнь такая! Что теперь поделаешь… Тем более что сделанное – ПРАВИЛЬНО. Каждый приказ Господина – это ПРАВИЛЬНО. И не выполнить этот приказ она не может. Не потому, что знает – умрет. А потому, что это ПРАВИЛЬНО. И только так.
В этот раз процессия была длиннее на два глайдера. Они так же тянули платформы, и на этих платформах сидели по десятку человек абордажной группы, вооруженные до зубов всем, чем только можно было вооружиться. Даже полевым бластером на гравиплатформе-площадке. Из этого бластера можно спокойно сжечь истребитель-бомбардировщик, что уж говорить о людях, пусть даже и укрытых скафандрами высшей защиты, которая спасет лишь от игловиков, станнеров, ручных бластеров да старинного пулевого оружия.
У охраны платформ вряд ли имелись полевые бластеры, так что абордажники в своих боевых комбезах могли рассчитывать на то, что бóльшая их часть сохранит жизнь. Семьдесят человек, экипированных, как звездный десант (даже лучше), – с такой силой можно штурмовать и Город, если, конечно, таких же отморозков нет за стеной Периметра. Но они там имелись, пусть даже не такие тренированные, обстрелянные убийцы, как во Внешке.
Кстати сказать, жители Города тоже не отличались особой мягкотелостью. Воинские традиции, боевые искусства – все это досталось горожанам от предков, охранников военной базы и тюремной зоны. И потому силы примерно равны. Пока равны.
