— Этим вопросом уже занимается местный повар. На ужин подадим вам сосиски, жаренные на костре, пюре и рыбные консервы — мы за разнообразие рациона. Даже овощи — и те вам отжалеем в качестве дополнительной благодарности за помощь с проклЯтой деревушкой. Наши фитоинженеры придумали способ взращивать огурцы, перцы и зелень в теплицах круглый год. И ужасный климат Зоны им — не помеха. Помидоры вот почему-то не приживаются — капризничают. — Удручённо покачал головой Лукаш. — В скором времени планируем расширяться. Пока часть бойцов воюет за "Выжигатель", работники тыла трудятся, обдумывая вопросы обеспечения людей провизией. Витамины в Зоне — ой, как нужны. Шутка ли — по десять месяцев в году жить без солнца?
— Вас Док тоже обрабатывает на предмет витаминов? — Вскинул бровь Бочка.
— Так шутка ли — годами без солнца? — Воскликнул Лукаш. — В качестве питья — подадим вам морс из местной клюквы. Не пугайтесь. Ягода тщательно очищена с помощью артефактов. Витаминный состав от обработки не страдает — научники проверили и сделали большой заказ прошлой осенью. На вырученные деньги мы потихоньку поднимаем Базу. Видали? Залатали дыру в стене от вашего вторжения в 2009-м. — Казалось, «фримэн» при этом даже подмигнул полковнику. По всему было заметно, что он расположен достаточно дружественно. Петренко даже немного расслабился и дал себе возможность вытянуть ноги, присев в удобное, приземистое кресло, любезно предложенное лидером "Свободы".
— Струна готов проводить группу в бараки. Банька уже натоплена и ожидает гостей. А потом ужин по плану. — Заглянул в комнату весёлый дядька, встретивший нас на входе.
— Спасибо, Топор. Ты тоже свободен. — Отпустил помощника Лукаш.
Дядька картинно взял под козырёк и мигом скрылся за дверью, будто и не приходил вовсе.
— Смешной крендель, — заметил Бочка.
И мы, дождавшись Струну в дверях приёмной, пошли за ним по разбитому асфальту к небольшому, одноэтажному строению с вывеской: «Друзья, бобро пожаловать». Сбоку кто-то прибил самодельную табличку: «Гостиница «Зона», три звезды (красивые, но мелкие). Заходи, не бойся, выходи — не плачь.» И смайлик, нацарапанный от руки.
— Даааааа, — присвистнул Карась. — С чувством юмора у них всё «хоккей». С дисциплиной только фигово.
— А мне вот лично смешно, — ответил Бочка. — С нетерпением жду ужина с самой забористой клюквой.
Сдав Мута в лазарет на попечение улыбчивого, лысеющего врача, мы отправились прямиком в бани. Местный «эскулап» клятвенно пообещал сопроводить пациента к нам сразу же после тщательного осмотра.
Спустя полчаса, выйдя из парилки (без всяких, кстати, талонов), я окунулся в бадью с ледяной водой и вдруг осознал, что жизнь прекрасна.
В воздухе ощутимо пахло костром, душистыми отварами из бани, мокрой травой и колодезной водой. Ни дать, ни взять, деревенский отдых. Словно и нет вокруг ни аномалий, ни ужасных хищников Зоны. Ты сидишь на лавке лениво болтая ногами, на которые налипли сено и крупный песок. И бабушка вот-вот позовёт ужинать…
***
— Ух, хорошо, — с удовольствием прорычал Бочка, выходя на улицу в одном полотенце. — Наконец-то пропарился от души. Два года об этом мечтал. «Долг», конечно, замутил душевые. Но колорит и самобытность банной церемонии никакой прогресс не переплюнет.
Присоединившийся к нам Мут заметно раскраснелся от пара и веника, но всё так же был молчалив и отстранён. Как бы Бочка не пытался его растормошить разговорами, казалось, что он присутствует здесь лишь номинально, наполовину. А другая, важная часть него блуждает тем временем где-то далеко, за гранью, непостижимой простыми смертными. Страшнее всего, что после лазарета лицо Мута приобрело какое-то нездорово одухотворённое выражение, из-за чего Домра заметно обеспоился его психическим состоянием.
— Доктор сказал, что с головой у него всё нормально, — прошептал мне на ухо полковник. Они с Лукашом к тому времени уже всё обсудили, и лидер «Свободы» ушёл, дабы лично распорядиться, чтоб подавали ужин. — Айболит говорит, что Муту надо хорошенько выспаться, часов 12–15. Поэтому на «Выжигатель» выйдем завтра чуть позже, чем планировали. А пока наш страдалец изволит почивать, мы сгоняем в схрон Калаша — разведать, что там и как. Всех устраивает этот план? — Обратился к группе Петренко.
Все дружно согласились и, подведя последние итоги, удалились в баню одеваться.
Ужин обещал быть сытным и вкусным, отчего в животе с утроенной силой заурчало. Тем более, что не ели мы, без малого, весь день.
В столовой нас ждал настоящий пир. Лукаш воистину не поскупился. Из присутствующих со стороны группировки был только он сам и Повар, оставшийся перекусить после рабочего дня.
Помимо клюквенного морса, на стол подали горячительные напитки. Но Петренко наотрез отказался и запретил их всей группе.
Эд с Домрой заметно помрачнели, но спорить с командиром не стали.
— Рейд — есть рейд, ничего не попишешь, вздохнул Бочка. — Потом будем водку пить. А сейчас — есть дела важнее.
