Писк отбоя перебил дальнейшую болтовню Ричи. А я швырнула телефон в кресло, заложила руки за голову и уставилась в потолок. Сказала, что сделаю, прекрасно. Просто замечательно. Только теперь внимание, вопрос: как, чёрт побери, я это сделаю?!
Ладно, с пожарной дверью я, положим, справлюсь. Тем более, момент выбран идеальнее некуда: боевики со своими эмоциями по поводу распределения заставят защиты и сигнализацию универа работать на пределе и, разумеется, иногда сбоить. Охрана, прекрасно об этом зная, не станет особо усердствовать с проверками сигналов.
Ключи от самого музея достать будет тем более нетрудно. Но как мы попадём в кабинет Шерона? Взломаем замок вместе с дверью? Уж такой сигнал охрана совершенно точно не проигнорирует, сбежится в полном составе. Выходит, надо достать ключи. Но как? Даже если бы я в принципе могла такое провернуть, то уж точно не за один час, за который мне ещё и до универа добраться нужно!
Осенённая этой мыслью, я заметалась по комнате, торопливо одеваясь прямо на бегу. У меня же всего час! Это значит, автобус не вариант, придётся вызвать такси. Точнее, его нужно было вызвать минут пятнадцать назад. А ещё было бы, пожалуй, неплохо позвонить некроманту… Боже, до чего никудышная из меня преступница!
Уже сидя в такси, я получила от некроманта неожиданное сообщение, повергшее меня в окончательный шок. Как, как во имя всего святого, он ухитрился добыть ключи от кабинета магистра Шерона?! И, что ещё важнее, что с этим счастьем делать дальше? Позволить забрать книгу? А дальше что?
Картина в воображении рисовалась предельно безрадостная. Как только магистр Шерон неизбежно обнаружит, что его ограбили, он первым делом поинтересуется, кто успел побывать в музее. И тут появлюсь я, бравшая ключи как раз в то самое время. Даже не представляю, что тут можно будет соврать, и станет ли хоть кто-то слушать моё враньё, будь оно хоть трижды идеальным. Да меня наизнанку вывернут, чтобы всё рассказала, а потом отчислят ко всем чертям и сдадут полиции. Всё, финиш. Зато Раулю ничего не придётся отвечать, выпустят меня лет через пять, при хорошем поведении.
На крыльце университета я немного задержалась, просто на небо смотрела. Скорее всего, очень скоро оно для меня станет в клеточку, всерьёз и надолго. Так почему бы не насладиться одними из последних мгновений свободы?
С некромантом я столкнулась в дверях. Успела торопливо и невнятно поздороваться, получить в ответ откровенно безразличный кивок, такой, словно мы и знакомы толком не были. Но правый карман немного потяжелел. Сунув туда руку, я нащупала связку ключей, завёрнутую в листок бумаги. Странно, но от этого на душе стало куда легче: раз есть записка, может, и план есть?
Уже шагая к пожарному выходу со всеми ключами наготове, я рискнула вытащить бумажку и развернуть её. Облегчение тут же закончилось, сердце ухнуло куда-то в подвал. А то и пониже, в саму городскую канализацию. Потому что там только и было указание делать всё в точности как от меня потребовали. Похоже, плана не было.
Я пыталась заставить себя поверить, что ошибаюсь. Например, стоило подумать о том, как именно некроманту удалось достать ключи от кабинета Шерона. Что если это была не банальная кража? Вдруг они договорились, сделали что-нибудь? Но нет, в голове упорно рисовалось небо в клеточку и конец всему, чего я хотела от этой жизни. Остановиться бы сейчас, пока не поздно, но тогда небо в клеточку достанется Олли, и этого я себе тоже никогда не прощу.
Осознание этого факта будто в спину меня толкнуло. Заставило пройти последний десяток метров и остановиться перед дверью. Тоскливо на неё посмотреть и ещё раз вздохнуть. О том, как нетрудно, в сущности, вступить на преступный путь.
Мои раздолбаи-однокурсники частенько такие двери распечатывали, чтобы пронести в университет выпивку и учинить развесёлую вечеринку где-нибудь в аудитории. В итоге их ловили, разумеется, и наказывали, но речь сейчас не о неизбежности кары, а о возможности самого преступления. Если даже эти лодыри справлялись, у меня и подавно получится.
Закрыв глаза, я попыталась сосредоточиться и заодно успокоиться, чтобы пальцы не дрожали. Обидно будет погореть на такой ерунде. Стать воровкой ужасно, но стать ещё и плохой воровкой — совсем уж ни в какие ворота. Чтобы меня здесь запомнили даже не как преступницу, а как самую большую неудачницу десятилетия? Увольте от такого счастья.
На самом деле контур был не бог весть какой сложный. Загвоздка состояла в том, чтобы сигнализация не сработала на полную. То есть, не сообщила охране, что дверь открыта. Такое смогу, пожалуй, но стоит уже поторопиться, от часа осталось всего пять минут.
