Парень спортивного вида тем временем сел в свою иномарку и из окна продолжал пялиться в нашу сторону. Я тоже бросила на него внимательный взгляд. Парень тут же завел двигатель и медленно отъехал от подъезда.
Пашка утер рукой нос и посмотрел на меня недоверчиво. Бабка еще раз легонько ткнула его в рыжий затылок, и Пашка сдался.
— Ну, он там живет, — кивнул он головой куда-то в сторону.
— Где — там? — спросила я.
— Да там, на свалке, за пустырем, — пояснил парнишка, испуганно посмотрев на бабушку.
— Чего, опять костры там жгли? — взвилась старушка.
— А ты не мог бы показать мне, где это? — попросила я Пашку, отводя его немного в сторонку от разбушевавшейся бабушки.
— Мог бы, — кивнул он и покосился на строгую родственницу.
— Вы позволите, Павел покажет мне то место? — вежливо осведомилась я у старухи.
— Да пусть покажет, — пожала плечами она. — Не жалко. Только потом сразу ко двору! — она обратилась уже к Пашке.
— Ну, пойдем, — я слегка подтолкнула паренька к тропинке.
Пашка оглянулся на стайку товарищей и громко свистнул.
— Я сейчас! — крикнул он. — Сейчас приду!
Мальчишки махнули руками и снова побежали резвиться на небольшой лужайке под деревьями. А Пашка важно зашагал впереди меня, уверенно петляя между домов и киосков. Я едва поспевала за ним.
Наконец мы достигли какого-то пустыря, за которым виднелась местная помойка. Сюда сносили мусор из частных домов, расположенных неподалеку. Запах стоял отвратительный, и я невольно поморщилась.
— Дядя Степан где-то здесь, — бросил Пашка, указывая рукой в сторону свалки. — Тетя, дай сигаретку, а! — неожиданно попросил он. — Только бабушке не говори!
Я усмехнулась и протянула парню сигарету. Давать деньги не было смысла. Все равно он купит на них целую пачку, что будет еще хуже.
Схватив у меня из рук сигарету, Пашка даже присвистнул, увидев, что его угостили «Мальборо». И сразу опрометью помчался к приятелям похвастать такой неожиданной удачей.
Я осмотрелась. Небольшой пустырь, заваленный различным мусором, производил унылое впечатление. Вокруг не было видно ни души, и я решила совершить обход территории помойки, чтобы разыскать хоть кого-нибудь.
Пройдя несколько шагов, я заметила мужичка, ковыряющегося в куче мусора. В руках у него был старый полиэтиленовый пакет, в который он складывал находки. По виду в мужчине безошибочно угадывался человек без определенного места жительства, проще говоря — бомж.
Увидев меня, бомж распрямился и уставился изумленным взглядом. Он никак не ожидал увидеть в своих владениях прилично одетую девушку.
— Здорово! — поприветствовала я его.
— Ну, здорово, коли не шутите, — подозрительно осматривая меня, произнес дядька. — Как это вас, дамочка, занесло в такие места? Иль ищете кого?
— Угадал, — кивнула я, подходя ближе. — Ищу. Мне нужен Степан Борисенко. Не знаешь его?
— Как же не знать, — усмехнулся мужик. — Знаю. А зачем он тебе?
— Поговорить мне с ним надо.
— А чего с ним разговаривать? — спросил оборванец, пряча в пакет бутылку из-под пива. — С него и взять-то нечего.
— А мне ничего и не нужно. Так как мне его найти?
— Ишь какая скорая! — усмехнулся снова бомж. — Найти его… Он не любит гостей, — мужичок выжидательно уставился на меня.
— Я заплачу, — поняв его намек, с готовностью ответила я.
Достав из сумочки полтинник, я помахала им перед носом бомжа. Мужик впился жадным взглядом в купюру и кивнул головой.
— Ну, пойдем, проведу тебя. Только деньги вперед, — он протянул грязную руку к бумажке.
— Э, нет, — покачала я головой. — Знаю я вашего брата. Сначала проводи к Степану, потом получишь деньги.
— Как скажешь, — недовольно пожал плечами собрат Борисенко и, закинув пакет на плечо, пошагал в сторону гаражей. — Пошли, что ли…
— Пошли, — отозвалась я и последовала за своим провожатым, стараясь не пачкаться в помойной грязи, валявшейся под ногами.
Пройдя мимо свалки, мы вышли к металлическим гаражам, неровными рядами стоявшим сразу за помойкой. За гаражами показался овраг, в котором я заметила небольшую лачугу, построенную из картонных коробок, заржавевших листов жести и прочего ненужного хлама.
— Вон там он, — махнул в сторону шалаша бомж. — Там и проживает. Эй! Степан! — крикнул он, поняв, что не получит денег, пока я не удостоверюсь, что действительно найду здесь Борисенко. — К тебе гости! — Потом повернулся ко мне и добавил: — Пьяный, наверное, опять. Да ты не бойся, ступай туда. Он смирный, не обидит.
В этот момент из шалаша показалась косматая и бородатая личность — его хозяин на четвереньках выползал из своего жилища.
— Степан! — снова закричал мой провожатый. — Тут к тебе явились!
— Чего надо? — еще не выбравшись наружу, спросил бомжа Степан.
— Деньги! — коротко потребовал у меня плату бомж-провожатый.
Я протянула ему купюру, которая тут же исчезла в недрах его необъятной куртки. Несмотря на жару, мужик носил на себе кучу самой разнообразной одежды, очевидно по принципу «все свое ношу с собой».
