– Как мне узнать её?
– Да вы что? – изумилась заведующая. – Как её не узнать? Знаменитость. Ираида Михайловна сегодня вышла в халате с драконами – не ошибётесь.
Андрей вышел к чёрному входу, посмотрел сквозь стекло и первой увидел хозяйку драконов – высокую статную женщину с роскошной копной седых волос. Навскидку актриса была много выше его и держалась удивительно прямо. Чертыхнувшись, Андрей достал сигарету, закурил и вышел во внутренний двор. Получалось, и эта бабка – не та. И что теперь делать? Но актриса, закончив круг, вдруг громко воскликнула:
– Андрей Анатольевич, дорогой, вы ли это? Не ожидала увидеть вас здесь и сейчас!
На Андрея устремились десятки глаз, а он не сводил своих с хозяйки драконов. Он узнал её голос, хотя манера речи была совершенно иной. Актриса стояла на месте и безуспешно старалась пригладить ладонью непослушные кудри. Жест смотрелся естественнее, чем тогда, на допросе, когда она всё водила рукой по гладко прибранным волосам. Андрей достал телефон, включил диктофон и пошёл к Ираиде Михайловне.
– Господа, это ко мне! – воскликнула та, обведя рукой по окрестностям, причём на кольце её в лучах солнца вспыхивал камень. – Погода сегодня на редкость удачная, вы не находите, гражданин следователь? – Актриса интимно понизила голос, когда Андрей подошёл: – Извините меня ради бога, что я к вам так фамильярно. Памяти хватает только на роли. Запомнила вас как следователя, Андрея Анатольевича, не обессудьте. И простите мне мой маленький женский каприз.
– Погода чудная, да. – Андрей подметил толстые деревянные подошвы, непокрытые тканью халата, из-за которых он казался ниже актрисы. – Ираида Михайловна, неужели вы до сих пор на таких каблуках спокойно ходите?
– Нет, что вы! Это всего лишь платформа. Для полноты образа, так сказать. – Ираида Михайловна знаком показала идти. – Иначе я подмела бы полами всю территорию, не находите?
Андрей склонился к руке Ираиды Михайловны. Та, протянув кончики пальцев, смущённо пробормотала «что вы, что вы». А он, касаясь губами, посмотрел на кольцо, в котором она была на допросе.
– Да, Ираида Михайловна, образ удался. Я вас не узнал бы, даже если бы вы сами… – Андрей осёкся.
Но актриса перебила:
– Я вас вблизи тоже вижу не очень. Застарелая дальнозоркость, знаете ли. И очки так некстати разбились. – Актриса сокрушённо покачала головой. – Помог, знаете ли, актёрский инстинкт. У вас особая пластика движений, так что, когда вы на крыльцо вышли, я вас сразу узнала.
– А я вас не узнал. Богатая будете, – нашёлся Андрей.
– Что вы, Андрей Анатольевич! Правда ничего, что я так к вам обращаюсь? Какие в мои годы богатства? Ощутить себя нужной, востребованной, успешной – вот вершина блаженства. Выступления с местной труппой – это, конечно, кое-что, но я не предполагала, что могу и для серьёзной постановки сгодиться. – Актриса обхватила его локоть: – А Сергей не приехал?
– Который Сергей. – Андрей насторожился.
– Как же? Сергей? Помощник режиссёра. Прелестный, прелестный колоритный мужчина.
– Мы с ним, знаете ли, разминулись, а номер его телефона я потерял. У вас не найдётся? – спросил Андрей, прикидываясь безразличным.
– Нет, к сожалению. У меня и телефона-то нет. Но что случилось? – Актриса перестала кокетничать: – Материал не подошёл?
– Что вы, Ираида Михайловна, получилось отменно.
– Вы мне льстите, – в голосе женщины вновь зазвучали капризные нотки.
– Нисколько. Вас пригласил Сергей, помощник режиссёра, я правильно понял? – осторожно начал Андрей. – Фамилию не запомнили?
– Нет, к сожалению. У меня, знаете ли, случаются провалы в памяти. Но каждые полгода я прохожу курс в местной клинике. Мы с Сергеем, кстати, там познакомились.
– Что за клиника?
– Городская психиатрическая. Но не подумайте ничего такого.
– Сергей что, тоже там проходил лечение? – поразился Андрей.
– Да нет, конечно, ну что вы! Он разыскал меня там специально. Обратился в наш дом престарелых, его ко мне и направили. И он, представьте, увидев меня, сей же час предложил роль. Без проб, представляете? Кто бы знал! На излёте жизни – новый виток! Вы можете надо мной смеяться, Андрей Анатольевич, но я даже в Бога уверовала после этого. Господи боже! Прожжённая атеистка! Сергей сказал, что меня отобрали в сериал. Предупредил, что съёмки будут необычные, сложные, поинтересовался, справлюсь ли.
– А что было необычным и сложным? – спросил Андрей.
– Не давался точный сценарий. Съёмки велись без декораций, на подручном, так сказать, материале…
– Что это значит?
– Значит камера скрыта и актёр должен вывести роль среди обычных людей и сам создать подходящие обстоятельства. Так мне Сергей объяснил.
– Но это должно было быть очень сложно?!
– Сложно? – Актриса снисходительно улыбнулась: – Я, знаете ли, жизнь провела на театральных подмостках. У вас, простите, театральный опыт имеется, не подумайте ничего такого, или только кинематографический?
– Пожалуй, только кинематографический.
